Он облокачивается на капот «Рено» и заводит ногу за ногу, намеренно растягивая интригу.
– Нам нежданно-негаданно такая перспектива подвалила…
– Ну и? Не томи! – решаю подыграть ему.
Егор довольно прищелкивает языком и отлипает от машины Даника. Но от таящейся в нем информации не может устоять на месте. Радуется, как второклассник, получивший разрешение сходить за мелом посреди урока.
– Короче! Пока вас не было, а мы с этим безбашенным типом ковырялись в недрах его старушки и Даник не собирался делать сольный выход наружу, к нам заглянул какой-то солидный перец в галстуке. Я поднапрягся сначала, когда он по-деловому стал расхаживать тут и рассматривать все вокруг, а потом понял, что это он оценивает, стоит ли с нами связываться…
– Ну и? Оценил? Что он хотел? – не выдерживает Игоречек.
– Сначала ничего. Говорю ж: рассматривал бокс, скептически хмыкая, а потом… позвал второго мужика, с кем приехал. Водителя, может, или еще кого из подчиненных, потому что разговаривал он с ним бесцеремонно. Хотя… скорее всего, он так со всеми разговаривает.
– Давай ближе к финалу!
– В общем, он сделал нам предложение, – хохотнув, повинуется Егор, и его рассказ становится чрезмерно лаконичным.
– Надеюсь, ты не дал скоропалительных обещаний?
– Я не настолько идиот, чтобы
– И на что ты подписался? – спрашиваю я.
Егор принимает серьезный вид и пытается пересказать нам состоявшийся диалог чужим голосом:
– «Так, – с хрипотцой произносит он в нос, – в нашей компании пара десятков машин. Меня интересует их годовое обслуживание». И протягивает мне сложенный вчетверо лист, который ему заблаговременно передал его прислужник. «По этим вин-кодам у вас должны быть в наличии все расходники. Все! В любое время дня и ночи! А начнем с первых трех, они будут тестовыми. Посмотрим, как вы работаете». Ну? И что я, по-вашему, должен был ответить? «Нет, мы не справимся, простите нас, мы рукожопые»? Ничего ж сверхъестественного: свечки, фильтра́, колодки…
– Ну да, хорошая перспектива, – кивает Игорек, пока я утопаю в своих размышлениях. Меня терзают смутные догадки насчет «бесцеремонного перца в галстуке» и его приказного стиля общения, но пока я отмалчиваюсь. – И когда пригоняют?
– Завтра после обеда. И да, вот номер телефона финансового отдела или отдела снабжения – я так толком и не понял. В общем, надо связаться.
Егор протягивает Игоречку визитку, но я ее перехватываю.
В ту же секунду меня как простреливает: это же «дочка» отца! И первое, что я испытываю, – колкая злость, подобравшаяся к горлу. Потому что подозревал, потому что догадывался! Но отметал все навязчивые мысли прочь.
Какого черта?!
Но злость не успевает впиться в меня, сдавить в своих тисках, затруднить дыхание – я вижу воодушевление парней, их надежды, ликование. Подобное предложение могло бы открыть нам новые горизонты, выход на следующий уровень, серьезный и перспективный. И я запоздало осознаю произошедшее.
Отец ни за что, ни при каких обстоятельствах не переступил бы через себя, даже будь то последний представившийся случай, грозящий навсегда отделить его от внешнего мира высокой бетонной стеной, за которой ему придется сидеть в одиночестве до скончания своих дней. А значит, этот его шаг навстречу – вовсе не реверанс в мою сторону. Отец до мозга костей недоверчив ко всему и вся. Явившись в бокс, он своими глазами увидел то, что мы делаем, как мы делаем, где мы делаем. И оценил. Может быть, поспешно, и может быть, еще тысячу раз пожалеет об этом, но он наконец-то услышал меня. И я во что бы то ни стало постараюсь оправдать его доверие!
– Лех, алле! Ты че завис-то? Тебя что-то смущает? – я слышу голос Егора только после того, как ощущаю его бодрый хлопок по плечу. И спешу возразить:
– Да не, все нормально.
Ведь все нормально. Даже более чем нормально!
Я осматриваюсь по сторонам, как будто вывалился в реальность из другого измерения, из серости в светлый день, и мне приятно вновь увидеть привычное окружение.
– Слушай, а он не мог по чьей-то наводке на нас выйти? Название этой фирмы тебе ни о чем не говорит? – спрашивает Игоречек и заглядывает мне под руку, в то время как я продолжаю вертеть между пальцев визитку. – Или…
Он хочет добавить что-то еще, но осекается. Осекается слишком резко. И по выражению его лица я понимаю, чем он собирался дополнить свой вопрос.
– Это был мой отец, – не видя причин юлить, подтверждаю его догадку.
Егор удивленно присвистывает, Даник по-дурацки переспрашивает:
– Че, серьезно?
Я киваю, после чего в воздухе повисает неловкая пауза.
– Я говорил тебе про скоропалительные обещания? – вполголоса шипит Игоречек в сторону Егора.
Теперь они будут винить себя, что поставили меня в неловкое положение…
– Нет, я серьезно. Все нормально! Будем работать, парни.
