Как же хорошо, что я решил её немного сейчас приласкать, иначе бы и не знал, что она мне забастовку затеяла устроить. Оставляю в покое её грудь, в следующий раз уделю ей внимание, сейчас я заставлю свою строптивую кончить. Путь она думает, что это сон, но я-то знаю правду. Перед тем как поцеловать, я чуть слышно произношу, чтобы услышала:
— Да куда ты денешься, будешь кончать…
И тут же накрываю её губы, мне ответ не нужен. Если что-то решил, то другого варианта не будет. А слова — это пыль, я на них давно не обращаю внимания.
Моя девочка вначале попыталась воспротивиться моим ласкам, но природа взяла своё. И вот она уже стонет мне в губы, позволяя ласкать себя. Хочется войти в её влажное от соков лоно, но нельзя. Сегодня только практически целомудренные ласки, а вот через неделю… Хочу видеть её глаза, когда войду в неё первый раз. Посмотреть, как промелькнёт в её бездонных, как небо, очах осознание, что принадлежит мне, и шутки закончились. А сейчас я без зазрения совести пользуюсь её состоянием. Долго не мучаю, быстро довожу её до грани и с жадностью пью крик, что сорвался с её губ, когда она кончила.
— Да, девочка, ты будешь кричать для меня, кончая… — шепчу ей в губы.
— Нет… — отвечает чуть слышно.
Я лишь тихо смеюсь. Наивная, решила потягаться с опытным мужчиной? Ну-ну. Минут пять просто глажу её тело, успокаивая, наслаждаясь нежной, словно шёлк, кожей жены. Скоро она будет моей, а свои жалкие пункты ангелок нарушит один за другим. Ну а пока я покажу ей, как можно и без всего этого заставить женщину кончить.
Ладно, развращение жены отложим на завтра. Быстро привёл ее в порядок, чтобы она не догадалась о моей шалости. Прижал к себе строптивицу и, наслаждаясь ароматом её тела, от которого мне крышу сносит, провалился в сон.
Утром, проснувшись, резко отрываю глаза. Будоражащий кровь аромат мужского тела и терпкого парфюма ударил в нос. С опаской поворачиваю голову, боясь увидеть спящего пижона. Выдохнула — его рядом не оказалось. Со стоном вновь закрываю глаза — в памяти всплыли воспоминания событий вчерашнего дня. Я не знала, как вести себя с Лютовым, с одной стороны понимала, что ничего катастрофического не произошла, ну увидел он меня обнажённой — не смертельно, да и неизбежно. Но, с другой стороны, как вспомню всё, так сразу дурно становится. Да ещё этот странный сон, в котором Лютов меня ласкает… Он был настолько реален, что казалась, это происходило на самом деле. Во сне я не смогла противиться ему, мне нравились прикосновенья мужчины и поцелуи, а его «Да, девочка, ты будешь кричать для меня, кончая…» до сих пор звучали в голове, взывая в теле сладкую истому. Но, самое ужасное, во сне я хотела, чтобы он не останавливался, а его сексуальный голос будоражил кровь. И, кажется, я кончила… Боже-е-е, что только в бредовом сне ни увидишь! Это, наверное, из-за вчерашнего моё подсознание выкинуло такой финт. Но почему?
Точно! Совсем из головы вылетело. Я же вчера думала о том, что меня ожидает, вот и приснилась такая дребедень. И всё же я думала о другом, но никак не об удовольствии. Да я вообще даже мысли не допускаю, что пижон секси и красавчик, наоборот, стараюсь не рассматривать его в таком плане. Он мне чужой, а для него я всего лишь сосуд для наследника. Да и желать мужчину, который кувыркается с другими, это заведомо обречь себя на страдания. Себе такой судьбы я не желаю, лучше отдам всю свою любовь ребёнку, который у нас родится. Так что на провокации я больше не поведусь. Пусть заигрывает со своими любовницами, а не со мной. Тоже мне нашёл развлечение — выведи Милу на эмоции. Всё, с этого дня игнорирую Лютова… Идёт он лесом, хочет заняться зачатием — да не вопрос. Будет совращать — ей-богу сковородкой огрею, и плевать на последствия.
Только я настроилась на нужный лад и собралась встать, чтобы отправиться в свою комнату, как дверь открывается, и вальяжной походкой заходит Лютов. Весь такой подтянутый, в спортивных штанах и футболке… Хорош, гад! Невольно залюбовалась мужчиной, но как поняла это, мысленно дала себе подзатыльник, и мозги встали на место.
— Как себя чувствуешь? — якобы равнодушно интересуется он, а глаза горят.
Опять что-то замышляет! Насторожилась. Но ответила, словно всё нормально, и его вид меня не трогает.
— Хорошо, рука почти не болит.
— Уверена? — испытующе смотрит на меня.
Да после того, что вчера было, я готова терпеть любую боль, лишь бы избежать повторения. Но, как ни странно, рука у меня действительно не болела, только немного ныла.
— Да.
— Как спалось? — вкрадчиво интересуется он.
«Лучше не спрашивайте!» — но вслух:
— Не очень, после вашего снотворного снились кошмары. Не давайте мне его больше…
— А с чего ты решила, что это из-за лекарства? Может, это последствия пережитого стресса после нападения маньяка.
— Если бы… — тяжко вздохнула.
— Ангелок, может, это из-за удара головой? — обеспокоенно интересуется пижон и делает шаг в мою сторону.
