— Наргиза, ответь, пожалуйста, на вопрос, — Евгения Андреевна сдвинула брови, собираясь с мыслями, — подавляющее большинство людей желают жить как можно дольше. Многие, ради продления жизни, жертвуют удовольствиями: ограничивают себя в еде, не пьют, не курят. Скажи, если Ангел Господень наказал тебя вечной жизнью, значит жить вечно это тяжело? Это, действительно, наказание?
Наргиза ответила не сразу. Еще с полминуты она продолжала молча разглядывать могильный холм. Затем из груди ее вырвался тяжелый стон.
— Боюсь, у меня не хватит слов описать мои чувства. Описать степень моих страданий и моей боли, — она вскинула голову, — тем не менее, я попытаюсь это сделать.
Ты, наверное, встречалась в своей жизни с явлением, которое называется дежавю. Это, когда ты наблюдаешь какое-то случайное событие, и тебе вдруг кажется, что подобное событие уже происходило в твоей жизни. Ты начинаешь копаться в своей памяти, пытаясь ответить на вопрос: где и когда ранее случилась с тобой подобная ситуация? Однако вспомнить ты не можешь. Это тебя злит. У тебя даже на какое-то время может испортиться настроение. Но часто ли, на протяжении твоей жизни, с тобой случается дежавю? Пару десятков раз, не более. Со мной же это происходит ежеминутно. Мне приходиться почти постоянно рыться в своей памяти, вспоминая ситуацию или ситуации, подобные той, что только что случилась со мной. То же происходит с лицами людей, их именами, с названиями населенных пунктов, видами местности и многими другими вещами. К примеру, я иду по улице, а навстречу мне шагает человек, черты лица которого мне очень знакомы. Я тут же начинаю листать книгу своей памяти, в которой более двух тысяч глав (по числу прожитых мной лет), а в каждой главе по двенадцать (количество месяцев в году) страниц, а каждая страница содержит тридцать (число дней в месяце) абзацев, а в каждом абзаце двадцать четыре строки и так далее…
От этих постоянных копаний в памяти у меня раскалывается голова. Нервы напряжены как якорная цепь корабля во время шторма. Во мне пробуждается дьявольская злость ко всему, что меня окружает: людям, предметам, ко всему свету. Злость кипит во мне как вода в паровом котле. Колоссальными усилиями воли я сдерживаю эту злость, не позволяя ей вырваться наружу. Я постоянно нахожусь в яростной, изматывающей борьбе с самим собой. Такого наказания не пожелаешь даже злейшему своему врагу. Ты поняла меня? — Наргиза наклонилась, чтобы заглянуть в глаза Евгении Андреевне.
— Да, — тяжело перевела дыхание женщина, — вероятно, более жестокое наказание придумать невозможно.
— И тем не менее, — неожиданно улыбнулась девушка, — я, как каждый человек, боюсь смерти. Бесчисленное количество раз, в минуты, когда злоба на себя и на окружающий меня мир побеждала мою волю, я решал покончить жизнь самоубийством. Но страх перед смертью останавливал меня. Более того, страх этот заставлял искать способы продления моих жизней. Зная, что мое существование прервется с приходом в мое сердце любви, я делал все, чтобы не встретиться с ней. Рекорд моего долголетия составляет пятьдесят один год. Этот рекорд я установил в начале девятнадцатого века. Я тогда жил в Индонезии, в небольшой деревушке на берегу моря. В возрасте четырнадцати лет, чтобы избежать амурных привязанностей, я покинул деревню, ушел в джунгли и стал жить отшельником. Так я прожил тридцать семь лет, пока однажды случайно не столкнулся с группой голландских ученых из исследовательской экспедиции. Среди них была молодая женщина. Лишь только я ее увидел, как почувствовал, что сердце мое пронзила стрела Купидона. Через два дня на меня напал огромный орангутанг и разорвал мое тело на части.
Вообще, от идеи отшельничества, не смотря на кажущуюся простоту решения проблемы, мне пришлось, в конце концов, отказаться. Во-первых, потому что жить одному тяжело и физически, и духовно. А во-вторых, потому что при первой же случайной встрече с представителем противоположного пола я без памяти влюблялся.
Другой метод продления жизни я придумал относительно недавно. Лет двести тому назад. Я стал выбирать себе в спутники жизни человека, который мне абсолютно не нравится. Как правило, человека с непривлекательной внешностью и со скверным характером. Этот метод продления жизни оказался более эффективным, в сравнении с отшельничеством, но и он имел существенный недостаток. Согласись, — улыбнулась девушка, — жить с человеком, который вызывает у тебя отвращение не очень-то приятно. Кстати, этот метод я использовал, когда был Юрием Колотовым. Я женился на женщине, которая мне совершенно не нравилась. Женщине занудной и сварливой. Ничего хорошего из нашей совместной жизни не получилось. Вскоре после регистрации брака, женщина почувствовала мое к ней отношение, стала меня этим попрекать, устраивать сцены, закатывать скандалы. Жизнь моя стала кошмаром. Я крепко запил и постепенно превратился в алкоголика.
— Вероятно, тетю Веру ты тоже выбрала по ее внешним данным? — в вопросе Евгении Андреевны слышался упрек.
