"Да, уж, хорошая, не то слово!".
Я только улыбнулась.
- Может чаю? - предложила я, а саму уже начинало распирать от любопытства, нашли ли папа с дядей Витей кого-то.
- Нет-нет, я уже пойду, прилягу, что-то у меня голова разболелась, - произнесла женщина.
- А не хотите сегодня остатся у нас ночевать? - предложила я. - Не будет страшно, ведь вы же все время одна.
- Спасибо, Никуся, но я лучше к себе пойду, дома и стены помогают, - ответила соседка.
- Ну, ладно, только вдруг что звоните или заходите, - сказала я.
- Хорошо.
Я провела Клавдию Ивановну к двери, а сама направилась вниз, чтоб узнать, не видели ли папа с дядей кого-то, но услышала их голоса, они видимо уже поднимались обратно.
Было уже темно и на нашей лестничной клетке, как раз сгорела лампочка, темнотень как раз, такая, чтоб проверить психику моего крестного и папы.
Клавдия Ивановна очень сильно обожала цветы, дома у нее уже не было места, то она выставляла их на лестничной клетке, а также здесь было два больших вазона, которые растут очень большими и оба стояли по углам, так что я могла спокойно спрятаться за одним.
Как только я залезла за огромный вазон, тут же услышала какие-то звуки, но они были совсем не снизу, откуда поднимались папа и дядя Витя, тут меня пробрал озноб, вы не поймите меня неправильно, просто мы живем на последнем этаже, а дальше лестница вела на крышу. А вдруг тот Черный Плащ о котором рассказывала Клавдия Ивановна прячется на крыше? Вот же блин! Папа с дядей Витей что-то очень долго копались, ведь я слышала приглушенные, тяжелые шаги, кто-то спускался по лестнице.
Хоть меня и не было видно, но мне сделалось так страшно, что я даже чувствовала, как на моем теле шевелятся волоски. Боже, спаси! Так, если увижу тень, то буду кричать так, словно режут!
Вот вам и приемы, а когда-то на карате ходила, позор один! А что, я два года не дралась и стала примерной девочкой, поэтому простительно.
Шаги приближались, и я увидела большую тень. Блин, света не было, поэтому лица не было видно, то фигура была высокой и крепкой, а еще как в триллерах медленно шла по ступенькам. Где же папа с дядей?! Что они там делают?!
Но тут я услышала шаги уже снизу, наверное, папа с дядей все-таки решили подняться до того, как дочку и племянницу не хватит удар сердца от волнения и страха. И зачем я только в этот чертов коридор вышла?!
Тут случилось что-то странное, вернее безумное.
Две высокие фигуры с битами, лица которых были скрыты в темноте, увидели высокую и мощную фигуру, которая спускалась сверху. Все трое сначала постояли в ступоре, а потом голос отца:
- Стой, наркоман проклятый!
И как бросится на того, к нему присоединилась дядя, который тоже успел выкрикнуть:
- За Родину мать, наркоманов всех прочь из нашей земли!
"Они точно не успели выпить? - спросила я у себя".
- Эй, - я услышала возмущенный мужской голос, который принадлежал высокому незнакомцу с крыши. - Вы чего окуренные?!
Тишина. Никто не шевелился.
- Петрович? - тихо спросил отец.
-Алексей? - теперь это был голос Петровича, еще одного нашего соседа по лестничной площадке, он генерал-майор в отставке, а я его приняла за наркомана.
И все было бы просто великолепно, если бы не зазвонил мой телефон, но дело в том, что рингтон был тяжелой рок-музыки, можно сказать, что загробная музыка. Меня аж передернуло, какая-то зараза поставила сегодня на звонок, пока я гавы ловила.
-Что за черти?! - закричали мужчины в испуге.
А телефон продолжал орать.
- Смерть за мной пришла, - произнес нервно Петрович.
Тут я хотела было уже сказать им что это я, но зацепилась и свалила вазон и сама упала. Волосы разметались по лицу, я включила телефон, чтоб отключит музыку. Но видимо свет упал на мое лицо.
- Призрак, черт его возьми! - это был голос моего дядьки. - Пацаны валим отсюда!
- Эй, - у меня вышло это хрипловато от того, что горло пересохло от страха, который я испытала, когда видела фигуру Петровича.
- Я теперь буду в церкву ходить грехи отмаливать, - прошептал Петрович и перекрестился. - И пить брошу! Теперь ни капли в рот!
- Сгинь нечистый! - перекрестил воздух дядя.
Отец стоял, наверное, в шоке, его лица я не видела, но мне сделалось так смешно, что просто не выносимо.
- Ника? - теперь я услышала строгий голос папы.
- Никс?! - голос дяди звучал недоверчиво и облегченно.
- Вероника? - подал голос Петрович. - Так все забыли, что я тут говорил.
- Что ты здесь делаешь? - с осуждением спросил папа.
Я не хочу получать нагоняи, сказав, что хотела их с самого начала немного напугать, поэтому оставалось только одно, невинный голос:
- Я провожала Клавдию Ивановну, а потом услышала шаги, испугалась и спряталась за вазоном. Хотела вам сказать, что я здесь, но зазвонил звонок, а потом я зацепилась и упала.
- Ну, что же логично Никс, - с улыбкой произнес дядя. - Но больше так не делай, я же не каменный.
- Да-да, - подтвердил Петрович.
- Ладно, пойдем домой, - сказал отец. - Петрович пошли с нами, нужно стресс снять.
- Я только за, - улыбнулся Петрович.
