Я быстрым шагом дошла обратно, Зак ещё спал под витражом. Блин, хотя бы на этот раз дождался, несмотря, что я из-за Грея потеряла прилично времени. Сев возле него, я положила на пол его нож и прихваченные лекарства. Первым делом я обработала руки с пальцем, потом сняла бинты, оголив порез на животе, в том числе и ожоги. Представляю, какого ему было, когда его поджигали, ужасно, зато торсина у него ничего… ладно, на его тело некогда засматриваться, пора заняться делом.
Я достала с кармана платок, намочив его дезинфицирующим, стала протирать живот от чего Зак и очухался.
— Извини, разбудила?
— Что? Ты чего тут вытворяешь?
— Не видно? Раной занимаюсь, — кивнула на лекарства.
— Так ты осталась цела? — он добро улыбнулся.
— Я же сильная девочка. — я улыбнулась в ответ.
— Хе-хе, ну да. Ну рассказывай, как ты сумела их добыть? — он немного удобнее упёрся о стену.
— Скажем так, мне их отдал священник, здешний глава.
— Священник? А-а, понятно о ком ты…
Он начал подниматься, но я ему не дала сразу, упершись руками на грудь.
— Куда поднимаешься? Дай закончить.
— Подумаешь, царапина.
— Серьёзная царапина вообще-то. Дай зашить, потом вставать будешь…
Не успела достать иглу, как он перехватил мою руку, но сжимал не сильно, а скорее слабо.
— Прекрати. Я и сам зашью.
— А ты хоть знаешь, как надо? — сомнительно уставилась.
— Я тебе не рубашка какая…
Он отвернулся и надулся, чему не могла не улыбнуться. Прям мистер милашность!
— Ты такой милый, когда смущаешься.
— Ничего я не смущаюсь! — а лицо говорит обратное, хоть за бинтами не видно.
— Да ладно тебе. Серьёзно, ты очень милый. — я не переставала мило улыбаться с него.
Когда он надутый так и хочется потискать. Так, Рэн, шутки и милашности в сторону, вернись к делу.
— И всё же лучше оставь это дело девушке, а то полезешь ещё не туда.
— Чего?
— Поверь, шитьё не для парней, у них на это грубая рука. Поэтому девушки лучше для этого подходят.
Ещё немного попялившись на меня, он выдохнул и слегка отвернул голову.
— Делай, что хочешь. Мерзко станет — сама виновата.
— Не волнуйся, и не такое видела.
Достав белые нитки с иглой, я их продезинфицировала.
— Блин, честное слово, кто ты такая?
— Ты про что?
— Касаешься моей раны, а сама и бровью не поведешь…
— Знаешь, я в жизни видела раны и похуже, так что твоя — это ещё цветы.
— То, что ты сумела вернуться с лекарством — я тебя хвалю…
— Спасибо.
— Но ведь не обязательно было ради меня убиваться. Рэн, скажи мне, зачем ты так отчаянно пытаешься меня спасти?
Я в шутку сделала вид, что не расслышала его.
— А? Ты что-то сказал?
— От меня так легко не отвертишься! Давай, отвечай…
Вздохнув, я слабо улыбнулась.
— Я пытаюсь тебя спасти не только потому, что обещала вывести, я сама хочу помочь тебе выбраться из этого ада, чтобы ты жил свободно, как обычный человек.
Отрезав нить, я на всякий случай продезинфицировала иглу ещё раз. Вот привычка такая зародилась у меня. Зак успел заметить, как его ножик чуточку поцарапан.
— Мой нож…
— Ну, я его только чуть-чуть поцарапала…
— Что? Ты чего вытворяешь-то такое, а? — мой ответ его весьма шокировал, видно этот нож ему дороже жизни.
— Честно, извини… — моё лицо было похоже на провинившуюся мордочку котейки, нагадившего на коврик в туалете.
— Ну да… ничего страшного. — после этого я вновь ему улыбнулась.
— А вообще, твой ножик ни раз меня спас.
— Что, правда что ли?
— Угу.
Закончив с дезинфекцией, я было уже начала зашивать разрез, и тут понеслось.
— Ай, больно! Что это ты вытворяешь?
— А кто сказал, что это не больно? Лечение требует жертв.
— А осторожнее обращаться не пробовала?
— Я и так пытаюсь осторожно всё делать, чтоб не больно было. Потерпи чутка.
Он смущённо отвернулся, стараясь терпеть боль.
— Как закончишь, сразу же пойдём.
— Обязательно. — я кивнула.
Вот оно завершение. Блин, четыре года прошло, когда я занималась вышивкой в последний раз.
— Вот и всё.
Убийца улыбнулся, оценивая результат.
— У тебя неплохо вышло!
— Спасибо, — тут меня резко потянуло в сон, слишком много надышалась дыма священника.
— Устала?
— Не вовремя в сон потянуло.
— Что с тобой делать? Передохни немножко.
— Угу. Если чё — буди сразу, — я расположилась у него на ногах.
— Спи давай. — убийца ещё долго засматривался на дрыхнувшую меня.
«Всё-таки больше странная, но в целом девчонка она забавная. Честно сказать, это первый раз, когда обо мне заботятся и переживают. Наверное, мне повезло встретить её, ещё никогда ни одна жертва не была такой, как она. Всё ещё никак не пойму того ощущения, что появилось недавно, но кое-что я понял — это все из-за неё. Раньше мне не приходилось чувствовать подобное, я мог только убивать из-за счастливых лиц, но когда она делает улыбчивое лицо меня не тянет её убить, странно даже. Люди как-то называют эту хрень, что происходит с ними, когда они рядом друг с другом, но я не знаю как она называется и что именно значит? Ладно, разборки с этим подождут, надо идти искать выход, когда она очнётся».
***
