– Никки. – Джек пересек комнату и встал перед нею, не колеблясь под исходившими от нее волнами слепой ярости. – Хватит.
– Не смей мне этого говорить! Я... я просто хочу расколотить что-нибудь...
– Нет. Я хотел сказать, хватит выжидать. Подготовка завершена.
Моргнув, Никки избавилась от гневных слез, мешавших ей видеть, и встретила его невозмутимый взгляд.
– Хватит с тебя мертвых подруг, – сказал Джек. • – Пора браться за работу.
Их было только двое. Отсутствие опыта, ограниченные финансы, минимум ресурсов. У них не было доступа к полицейским архивам, специалистам, оборудованию. Их единственное преимущество состояло в том, что они сами были преступниками, – но это преимущество было весомым.
– Убийцы, которые охотятся за проститутками, не всегда убивают их, – сказал Джек. Он работал, расширяя багажное отделение недавно купленного с рук белого фургона "Эконолин". – Иногда они просто занимаются с ними сексом.
Никки протянула ему зажимные тиски.
– Ну да, а бывает, что они сначала занимаются с ними сексом, а
Джек затянул гайку на болте, только что ввернутом в пол багажного отделения.
– Едва сообразив, что ты не из полиции, убийца может проявить излишнюю самоуверенность. Скажем, намекнет о том, что собирается с тобой сделать, или похвастается тем, что сотворил с предыдущими жертвами. Справишься?
– За мои нервы можешь не беспокоиться, – ответила Никки. – Я способна, не переставая улыбаться, отсосать у самого дьявола.
– Отлично. Может, и придется...
Никки была в черном парике с кудряшками. Джек тенью следовал за нею и ее клиентами, ведя прослушивание их бесед с помощью крошечного микрофона в ее сумочке, в любую минуту готовый вмешаться. Вскоре они установили график работы: еженощно с девяти вечера до трех утра они выходили на Бульвар, где Никки меняла фальшивые ласки на настоящие доллары, а Джек стоял на страже где-нибудь неподалеку.
Прошло три месяца.
Не меньше сотни раз Джек слышал, как Никки отсасывает у клиентов. Как она занимается сексом в гостиничных номерах, в автомобилях, в пустых аллеях. Количество психов, которые ей попадались, резко подскочило, поскольку теперь она специально их выискивала; если клиент вел себя странновато, она делала все возможное, только чтобы заставить его окончательно съехать с катушек. Уже несколько раз Джек был готов вмешаться, но тревога всегда оказывалась ложной: клиент не желал заплатить сполна или перегибал палку с грубостью. Иногда Никки возвращалась домой с синяками, но никто из клиентов еще не попытался задушить ее. Она высматривала Ричарда, сутенера-притворщика, но тот, видимо, понял намек, поскольку вот уже несколько месяцев не появлялся на Бульваре.
И тогда, однажды ночью в конце марта, она повстречала Луиса.
Он подъехал в семейном автомобиле с наклейкой "Ребенок на борту" на заднем стекле. Водителю лет тридцать пять; дородный мужик с ползущими к затылку залысинами, зеленоватым цветом лица и густыми черными усами. Он лучезарно улыбался, разглядывая Никки.
– Хола, красавица! Как делишки сегодня?
– Нормально. Только одиноко что-то, да и в кармане пусто, – сказала она с такой же улыбкой.
– Тогда я, наверное, тебе помогу. Садись в тачку, прокатимся. Составь мне компанию и получишь сотню долларов.
– Предпочитаю две сотни.
– Да, прогулки по ночному городу обходятся все дороже. Но ты, сдается мне, стоишь этих денег, да?
– Есть только один способ выяснить...
Он ухмыльнулся и кивнул. Никки скользнула на пассажирское сиденье, бросив мимолетный взгляд назад. Ни детского сиденья, ни игрушек, ни фантиков от конфет.
На наклейке "Ребенок на борту" все еще красовался магазинный ценник.
– На желтых огнях лучше тормози, – сказала она, когда машина отъехала от тротуара. – Мы ведь не хотим, чтобы нас прервали, верно?
Слово "желтый" служило для Джека сигналом: "Будь начеку". Услыхав, что клиент предлагает сэкономить на мотеле и поехать к нему домой, Джек понял, что у них появился вполне реальный кандидат. Он следовал за машиной, но старался держаться вне видимости: GPS-устройство в сумочке Никки позволит отыскать ее с точностью до нескольких метров.
Он последовал за ними по джорджийскому виадуку, в конце совершил плавный поворот и выехал под саму эстакаду. Здесь тянулась полоса незастроенных индустриальных участков, зажатая между китайскими кварталами и берегами бухты Фальс. Каждое лето здесь прокладывали извилистую трассу мотогонок, но в марте стальные зрительские трибуны и бетонные заграждения дожидались своего часа, составленные рядами на обнесенных колючей проволокой участках.
Почему-то Джек совсем не удивился, когда автомобиль впереди резко затормозил.
Сам он оставил фургон в квартале от него, а остаток пути проделал пешком. Джек пробирался в темноте бесшумно и быстро, готовясь к схватке с убийцей.
– Он отпирает ворота склада, – произнес ему на ухо голос Никки. – Говорит, там хранится ключ от трейлера. Я позволю запереть за нами ворота – пусть чувствует себя в полной безопасности.
Джек замер на месте.
Кусачки остались в фургоне.
