Никки уже не предупредить; разработанный заранее план не изменишь. Джек поспешил назад прежним маршрутом.
Когда Джек схватил кусачки, клиент Никки уже запер ворота. Перестав беспокоиться о соблюдении тишины, Джек помчался туда со всех ног.
– Ну что, Луис, теперь ты готов размяться? – услышал Джек слова Никки. Микрофон был настолько чувствителен, что ему показалось, она стоит где-то рядом. Он слышал, как распахнулась дверь трейлера, почти видел, как Никки с Луисом поднялись внутрь...
Он не бегал в темноте с тех пор, как был ребенком, когда летней ночью стремглав пересекал широкую и пустую детскую площадку. Это было похоже на сон... и тогда нога Джека, уже оторвавшись от земли, вдруг задела за что-то твердое.
Был долгий, растянутый во времени миг падения во тьму, оборвавшийся, когда Джек со всего маху налетел лицом о стену. Темнота вспыхнула красным, но сразу же побледнела, теряя насыщенность красок.
– ...Даже не знаю, Луис. – Голос Никки. Прорезав туман разлившейся в черепе боли, он вернул Джека к жизни. – Мне не очень-то нравится делать это с бисексуалами. Ты ведь можешь заразить меня чем-нибудь.
Она высмеивает его, провоцируя. Полагаясь на помощь Джека.
Он лежал в ледяной луже. Сколько же он пробыл в отключке? Правая рука успела совсем онеметь от холодной воды. Кусачек не видно – он выронил их где-то рядом, в скопище теней.
– О, чикита, я вовсе не такой. – Голос Луиса Он не казался рассерженным. Напротив, слова звучали радостно и уверенно. Плохо. Очень плохо.
Нет-нет, это здорово. Именно этого они и ждали, на это надеялись, этого с таким трудом добивались. И как только Джек сможет подняться на ноги...
Наконец это ему удалось, но мир вдруг совершил пируэт под каким-то странным углом, и он вновь оказался на земле. Голова кружилась, словно после злоупотребления текилой. Джек расстался с содержимым желудка, стараясь производить как можно меньше шума.
– У тебя красивые волосы, – произнес Луис в ухе Джека.
Это мигом прояснило ему голову.
Он осторожно встал на ноги, собрал инструменты. Ворота в той стороне. Джек направился к ближайшему источнику света – к конусу неестественно яркого света на столбе, одинокой стальной пальме, растущей на своем собственном, залитом оранжевым светом островке.
– И мне вообще-то наплевать, что там тебе нравится, – продолжал Луис.
На дальнем берегу островка света поблескивала секция забора из проволочной сетки. Джек поспешил к ней, на ходу срывая с себя пальто.
– Я не трахаюсь бесплатно, – заявила Никки. – В самом буквальном смысле. Деньги вперед.
Джек достиг забора, обрамленного сверху кольцами колючей проволоки. Зажав пальто зубами, он пополз наверх.
– Мало не покажется, пута. Я столько тебе дам, что не унесешь...
Достигнув верхней кромки, Джек набросил пальто на проволочные шипы. Оно защитило руки от худших из них, но на обоих запястьях и одной икре все равно остались болезненные порезы. Он спрыгнул на землю с другой стороны, оставив пальто безжалостно смятым и насаженным на лезвия.
В ухе – звуки борьбы. Короткий глухой удар.
И тишина.
Трейлер стоял в пятидесяти ярдах от него – белый прямоугольник, еще один атолл света в океане тьмы. Джек захромал к нему, пытаясь расслышать еще хоть что-нибудь в своем наушнике. Казалось, он бежит по беговой дорожке – трейлер рос на глазах, но не делался ближе. Добежав до двери, Джек сообразил, что большую часть оборудования и оружия оставил в карманах пальто.
Налег на дверь, но та была заперта.
– НИККИ! – завопил Джек. Ударил в дверь плечом, но та оказалась крепче: отскочив, Джек потерял равновесие и уселся в грязную лужу перед ступеньками.
Дверь щелкнула и приоткрылась.
– Ничего себе, – удивилась Никки. – В следующий раз попробуй сначала постучать, ладно?
Внутри в дрожащем флуоресцентном освещении Луис валялся лицом вниз на маленькой складной кровати. Он был без чувств, а за правым ухом бежал тоненький ручеек крови.
– Пришлось впаять ему вот этой штукой, – сказала Никки, баюкая в руках увесистую стеклянную пепельницу. – Предпочла бы парализатор, но он слишком уж быстро полез вон в тот шкафчик.
Джек осмотрелся по сторонам. Дешевые деревянные панели стен украшал разлохмаченный календарь, а воздух пах плесенью и застарелым потом. Рядом с кроватью, на карточном столике, стояла кофеварка с тремя грязными чашками, а в углу расположился небольшой письменный стол с наполовину выдвинутым верхним ящиком. Заглянув внутрь, Джек выудил оттуда бутылку виски, пару наручников и короткий отрезок электрического кабеля.
– Похоже, он собирался закатить настоящую вечеринку.
– Ага. Надеюсь, я его не сильно зашибла.
– Еще дышит, – успокоил ее Джек. – Подготовь его к поездке. Я подгоню фургон.
Они отвезли Луиса в гараж, в котором тренировались. Джек по мере сил обеспечил звукоизоляцию, начинив картонками из-под яиц пространство между двумя слоями звукопоглощающей плитки и обшив этими сэндвичами и потолок, и стены. Пол был цементным, со стоком в углу.
Никки помогла вытащить Луиса из фургона и внести в гараж. Джек привязал его к кухонному стулу, следя, чтобы тот не смог пошевелиться.
