Не зря когда-то Гели полюбила готовить. За простой кухонной работой ей хорошо думалось. Вот и сегодня ей удалось обработать в уме разговор с Фредом, очистить его от неконструктивных эмоций и вытащить на поверхность главное: то, что Мардон пытался закамуфлировать предостережениями и байками о коварных планах Призрака тени.
Хотя… Этого Айру Мак Кормака тоже со счёта сбрасывать не стоит. То, во что он когда-то вложился, сейчас наконец может не просто окупиться, а дать колоссальную прибыль. Неужели он не желает поучаствовать?
И тут Ариэль, только что доставший из кипятка каракатицу, спросил задумчиво:
— Гели, как ты думаешь, эти люди, ну, те, что дали свои клетки… Они рассматривают нас как биологические объекты или мы им представляемся детьми? Ну, как их собственные дети, рождённые их жёнами. Ведь в нас их гены. Подправленные, но это уже детали.
Гелена даже рот раскрыла от удивления. А ведь он прав! Если Марсдона волнуют перспективы бизнеса, то других может волновать в этом проекте другое. Теперь, кроме изучения всего, что оставил Калле, надо будет дополнительно выяснить всё о предполагаемых “отцах”. Возможно, кто-то заинтересован в ребенке своей крови. И очень может быть, что этим человеком как раз и является Айра МакКормак. Обычно люди его профессии не обременяют себя семьёй, ведь они не могут уделить ей ни время, ни внимание. Но желание продлить себя в потомстве есть и у них, а к старости оно усиливается, если только не было давным-давно удовлетворено. Про Призрака было известно немногое и среди этих разрозненных данных не нашлось ни одного слова про семью: жену или детей.
А тогда… Фред ей нагло врёт и пугает почём зря. Не МакКормака ей надо бояться, а самого Марсдона. Тут ей пришла в голову новая мысль и Гели спросила:
— Ариэль, а кто у вас остался из линии FE?
Насколько она помнила, именно этой линии были отданы клетки Призрака.
— Феликс! — радостно отозвался её друг, — А ещё Фердинанд! В той линии, как и в нашей, их осталось двое. Хорошие ребята.
— Рыжие? — на всякий случай спросила Гели.
Ей в голову запало, что те, чья фамилия начинается с “Мак” должны быть непременно рыжими.
— Нет, — удивился Ариэль, — Чёрные. Только не такие, как я, например. У них волосы прямые, а глаза — как море.
Гелена уточнила:
— Красивые?
— По-моему очень, — честно признался Ариэль, — Но вот дамочки, которые приходили нас выбирать, их не очень-то жаловали. Забрали когда уже почти никого не осталось. Мне кажется, им не нравилось, что парни не заискивают и в глаза выжидательно не заглядывают. Очень уж уверенные в себе и самостоятельные. Почти как Дамиан.
Это уточнение показалось Гели забавным и она фыркнула. Затем спросила:
— Ты не помнишь, кто их забрал?
Ариэль пожал плечами:
— Внешне помню, я никогда ничего не забываю. Но имён назвать не могу: нам их не представили. Одно скажу: их забрали две разные женщины. Я даже не уверен, знакомы ли они друг с другом. Но их точно знает твоя сестра, ведь она привела обоих. Ты мне лучше скажи другое: надо развинтить немного глайдер господина Марсдона, или нет?
Гели нервно подёргала себя за выбившуюся из хвостика прядь. Как сказать так, чтобы не смутить и не обидеть Ариэля? Объяснять ему сейчас, что она не собирается убивать своего бывшего родственника, было несвоевременно.
— Пока не надо. Тем более, сейчас мы с Фредом будем сидеть на веранде. Возможно, мы с ним сумеем договориться, и необходимость отпадёт. А если понадобится… Я уведу его в дом, а тебе дам знак.
Вот что она такого сказала? У Ариэля вдруг глаза стали как пуговицы: огромные, вытаращенные и совершенно без выражения. Гели хотела выяснить, всё ли в порядке, но услышала шаги и голос Фреда, который разыскивал хозяйку.
Пришлось бросить своё сокровище: пусть доделывает соус к морепродуктам, а самой идти к Марсдону.
Для нового витка переговоров Фред переоделся. Теперь вместо брюк на нём были шорты, а вместо рубашки и летнего пиджака — цветастая гавайка. Он старательно делал вид, что официальная часть визита закончена, но Гели было ясно: к самому важному он ещё даже не подошёл.
Она приняла его игру, тем более что это было в её интересах. Предложила прогуляться по острову, пока готовится обед. Полюбоваться на тропических птичек, осмотреть её плантации и угоститься чем-нибудь прямо с дерева. Фред с энтузиазмом принял её предложение и все сорок минут, которые длилась прогулка, восхищался как красотами острова, так и проделанной Геленой работой по выведению сортов.
По возвращении их ждал сервированный на веранде обед, лёгкий и питательный, именно такой, какой пристало вкушать богатому бизнесмену на отдыхе. Ариэль расстарался: всё было идеально, а сам он уже давно спрятался на кухне.
Марсдон на этот раз не стал заходить издалека, ляпнул в открытую:
— Ты нашла записи своего мужа, которые считались утерянными.
Это был не вопрос, а утверждение. Гели молча подняла брови. Фред пояснил:
