– Никогда не вредно убедиться. – Сергей принял кружку и осторожно понюхал густую коричневую жидкость. – Ты уверена, что это не для наружного применения?
– Мой фирменный рецепт, – успокоила она. – Немного воды из лужи, две щепотки пыли, капелька змеиной крови. Подогреть, хорошенько взбить и как следует плюнуть.
– А по запаху не скажешь, – продолжал сомневаться Сергей.
– Всего лишь тухлое голубиное яйцо.
– Голубиное?
– И самая малость мышиного помета.
– Что бы я вчера не натворил – это не стоит такой страшной мести, – пробормотал Сергей. Вдохнул поглубже, зажмурился и осушил кружку в несколько больших глотков. Варево оказалось довольно приятным на вкус бульоном – густым, горячим и очень острым. Во рту осталось приятное пряное послевкусие.
– Мой герой! – похвалила незнакомка. Она проследила за его взглядом, поспешно наклонилась и забросила под кровать лежащие на ковре смятые трусики. Когда она забирала кружку, щеки ее заметно порозовели от смущения.
– На всякий случай: что бы я вчера не наговорил – это все вранье, – сказал Сергей.
Она подняла бровь.
– Уверен? Ты говорил, что я самая красивая.
– Ну, кроме этого, – поспешно заверил Сергей. – А вот остальное – наверняка.
Она присела рядом с ним на краешек кровати.
– А еще ты обещал, что будешь целовать мой синяк, пока он не исчезнет.
– Синяк? – Сергей с беспокойством оглядел ее лицо. – Я что, тебя ударил?
– Вообще-то, это была твоя подружка, – успокоила девушка.
– Какая еще подружка?
Она посмотрела на него с жалостью.
– Я предупреждала – не стоит пить текилу после рома.
– Но у меня нет никакой подружки!
– А до этого ты проглотил три порции родезийского портвейна. Так что можешь не притворяться, будто помнишь, как меня зовут.
Сергей почувствовал, как его уши наливаются жаром.
– Если это поможет – мне очень стыдно. Обычно я не пью.
Она протянула руку и легонько погладила его по колючей щеке.
– Тебе не за что извиняться, ты вел себя как джентльмен. Ничего, что я украла твою рубаху?
– Тебе идет, – ответил Сергей, невольно задерживая взгляд на соблазнительной ложбинке меж симпатичных холмиков, оттопыривших грубую ткань. Спохватившись, он поспешно отвел глаза.
– Бланш мне нарисовала твоя подружка, – объяснила незнакомка, которую явно забавляло его смущение. – Ты подошел к бару и поинтересовался у меня, не занято ли место рядом, и не успела я ответить, как откуда-то выпрыгнула эта твоя чокнутая и с визгом приложила мне с правой.
– Маленькая, в синем платье? – уточнил Сергей.
– Точно. Маленькая крикливая блондинка на высоченных каблуках и в дурацком синем платье.
– Кажется, я знаю, о ком речь. А дальше?
– А дальше я сбросила туфли и показала ей кузькину мать. – сказала девушка. – Кстати, ванная в твоем распоряжении. Не стесняйся, используй все, что найдешь. Тюбик с восстановителем лежит на средней полке. Если, конечно, ты не собираешься и дальше пугать людей своими фонарями.
Он ощупал свое лицо и едва не зашипел от боли.
– У тебя есть зеркало? – спросил Сергей.
Вместо ответа она встала и развернула створку трюмо так, чтобы он мог себя видеть.
Увиденное его не обрадовало. Человек из отражения был похож на отрицательного героя в финале низкобюджетного боевика. Из тех, где добро побеждает зло.
– Я что, упал с лестницы? – поинтересовался он, поворачивая лицо из стороны в сторону, чтобы получше разглядеть сочные красно-фиолетовые украшения.
– Вроде того, – сказала она. – И вообще, ты уверен, что именно об этом нужно говорить с девушкой в ее постели утром?
– Совершенно не уверен, – согласился он. – Но меня оправдывает недостаток опыта.
– Например, ты мог бы сделать мне комплимент. Соврать, что тебе очень приятна моя забота о твоем здоровье.
– Мне очень приятно, правда, – заверил Сергей. – Даже голова уже почти не болит. И я, кажется, вспомнил, как тебя зовут. Девушка «это неважно».
– Ну, тогда это действительно было неважно, – улыбнулась она. – Будешь кофе?
– Буду. После того, как ты расскажешь мне, где именно я попал под грузовик.
Она сделала вид, будто нашла в пустой кружке что-то безумно интересное.
– Я должна извиниться. Ты бросился нас разнимать, а я была зла на твою подружку. Очень зла.
– И?
– И, в общем, я не удержалась.
– От чего именно ты не удержалась?
– Я тебя слегка ударила. Сгоряча. Еще раз прошу прощения.
– Слегка? – возмутился Сергей.
– Ну, я выросла в плохом районе, приходилось учиться защищаться. Я сделала это рефлекторно. Мне очень жаль.
Он снова заглянул в зеркало. Даже слегка потыкал в себя пальцем для пущей уверенности.
– Хороший рефлекс. Просто отличный. Но я тоже не был пай-мальчиком. Это совсем не похоже на один раз.
Она холодно взглянула на него сверху вниз и ничего не сказала. Неловкая пауза тянулась и тянулась, и когда Сергей решил, что его новая знакомая сейчас развернется и молча выйдет, она вдруг заговорила, и голос ее при этом дрожал не то от злости, не то от подступающих слез – он не слишком разбирался в подобных нюансах:
