— И с папой тоже, ведь он подарил мне тебя. Тот платочек был твоей первой шапочкой, — улыбнулась Присцилла, помогая дочери закрепить платки в складках платья. — Мы сейчас спрячем под оборкой оба платочка, а потом ты выберешь, каким надо будет воспользоваться.
— Или сразу обоими, — хитро предположила Лаки и повернулась к Стасе. — Тебе платочек тоже наверняка пригодится, хоть уже и не для первенца. А так как мальчик у нас уже есть, то будем ждать девочку, поэтому платочек одного цвета с платьем. Сейчас мы его так прикрепим, что никто не заметит, и только ты будешь знать о нем.
— Жаль, что у Раяна не было такой шапочки, — еле слышно прошептала Стася.
— У Раяна есть рубашка отца, — услышала она в ответ тихие слова своей друидской сестры. — И поверь, для него это намного важнее.
Стася понимающе кивнула, вспоминая, что ее сын не обычный мальчик, а друид. Ей стало грустно от мысли, что через несколько лет она расстанется с ним, ведь Стивен сказал, что у них заведено в пять лет отдавать детей учиться в Дармунд, и родители — не друиды, общаются со своими детьми всего лишь несколько раз в году. Она видела, что отношения мужа с родителями были не такими сердечными и доверительными, какие сложились между ними и младшими детьми. И, к сожалению, она тоже станет мамой, видящей сына только на каникулах.
Лаки сразу поняла причину сверкнувших на ее ресницах слез, и прошептала ей на ушко: — Ничего не поделаешь, такова его судьба. Но девочка родится обычной и всегда будет с тобой.
Двойная свадьба получилась очень торжественной, несмотря на то, что на подготовку была отведена всего лишь неделя. Никто не отказался от приглашения, и в банкетном зале особняка Маклафлинов было яблоку негде упасть. К тому же на свадьбе присутствовал Антэн Бойер, после победы в Сан-Паулу ставший национальным героем, да еще и оказавшийся отцом скандально известной Герцогини. Предметов обсуждений было множество, и гости, с наслаждением поглощая еду и напитки, охотно сплетничали и обсуждали свадебное действие.
Оно началось с обряда бракосочетания, проведенного для каждой пары у импровизированного алтаря под цветочной аркой, сооруженной в огромном зале. Для гостей установили длинные ряды стульев и выдали тексты для торжественных песнопений во время обряда. Церемония заняла достаточно долгое время и закончилась традиционным поджиганием каждой парой большой свечи, взятой ими в руки одновременно в знак того, что отныне они единое целое и смотрят теперь в одном направлении. В завершение Стивен и Арчи обменялись обручальными кольцами со своими невестами и под одобрительные аплодисменты гостей скрепили поцелуями брачные клятвы.
Под звуки свадебного гимна молодожены направились к накрытым столам, за ними потянулись гости, и началось праздничное застолье,
Милтон устал от долгой церемонии бракосочетания, но терпеливо перенес ее без явного недовольства. Тем более, что рядом стоял Антэн и время от времени тихо объяснял ирландские традиции. А в ходе застолья Дереку уже даже понравилась свадьба. С блестящими от возбуждения и от выпитого виски глазами, он с интересом выслушивал пожелания гостей, переводимые ему Антэном. Вместе со всеми звонил в хрустальный колокольчик, что заменяло привычное для него чоканье бокалами, а потом и сам с важностью произнес красивую речь, чем вызвал благодарную улыбку дочери. Понравилась ему, и традиция с пожеланиями молодоженам — гости подходили к столику, на котором стояли три внушительные хрустальные вазы в форме шаров. В одной лежали гладкие морские камешки. Гость доставал камешек, писал на нем маркером свое пожелание и опускал в другую вазу, наполненную шампанским, как бы подразумевая традицию бросать на счастье камни в реку. А в третью вазу гость опускал конверт, подписанный своим именем, в котором находился или старомодно выписанный чек, или кредитка, или пачка денежных купюр. Дерек написал на камешке одно слово — «Дети» и бросил его в вазу с шампанским, а в подарок вложил в конверт чек на миллион долларов, выписанный на имя Арчи, признавая тем самым в нем главу семьи. Аналогичное пожелание он написал и для Стивена со Стасей, невероятно удивив того своей неожиданной щедростью, преподнеся в качестве подарка для «рыжего наглеца» полмиллиона долларов.
Бесконечные тосты перемежались вдохновенными речами в честь молодоженов и казалось, словесному потоку не будет конца.
— Все это, конечно, хорошо, — негромко заметил Алан Вику, сидевшему рядом с ним. — Но у нас на свадьбах еще и танцуют. Без танцев как-то грустновато.
А он так надеялся потанцевать с Лаки, подержать ее в своих объятиях, и если повезет, то и обменяться парой-тройкой поцелуев.
