Он сделал более резкий выпад веткой — косматый притопнул передней ногой, развернулся, сделал несколько неторопливых шагов и снова оглянулся на Первого, сверкнув отраженным в глазах пламенем. Словно проверяя, нет ли за ним погони … или приглашая Первого к ней.
Так мы в игры играть будем? — вскипел Первый. С напоминаниями о том, кто к кому без стука врывался? Добро! Сегодня у кого-то будет на одни покровы больше, а у кого-то — на одну пешку в игре меньше.
— Сейчас я его загоню, — повернулся он к Лилит, и осторожно протянул ей ветку. — Сохрани это. Это очень важно. Чтобы он не потух.
— А что …? — начала она.
— Он кушает дерево, — не стал он дожидаться вполне предсказуемого окончания. — Любое. Ветки собери — но чтобы, когда я вернусь, он горел.
Подхватив первого подвернувшееся копье, он ринулся за косматым.
Тот взбрыкнул задними ногами и припустил изо всех сил.
Первый взлетел, чтобы не метаться среди деревьев — ему сегодня тех молний вполне хватило.
Косматый встал на задние ноги и даже шею вытянул, уставившись на него все еще горящими, но уже выпученными глазами.
Первый ухмыльнулся — явно непуганная еще пешка, раз сама самые уязвимые части под удар подставляет — и перехватил копье поудобнее для броска.
Косматый грузно опустился на передние ноги и продолжил бег, но уже короткими резкими зигзагами — меняя направление так, словно он чувствовал момент, когда Первый прицеливался.
Одним словом, пришлось тому таки пометаться — сцепив зубы и не решаясь рискнуть впустую единственным копьем.
Остановился косматый в имитации макета — причем с таким видом, словно она и была его конечной целью. Но все же под деревьями — и Первый для устойчивости тоже на землю спустился.
Рассмотрев, наконец, пришельца как следует.
Тот определенно походил на их козу, но был намного крупнее, с куда более мощными и завитыми к голове рогами. Все его тело было покрыто черной, жесткой, сбившейся в торчащие во все стороны клочья — одним длинным пучком даже голова внизу заканчивалась. И глаза у него горели даже в отсутствии пламени — от любопытства, чуть не вырвалось у Первого …
Да нет! Конечно, нет — наверняка от гонки.
Косматый повернул к нему голову, дернул ею, словно кивая, снова притопнул передней ногой и принялся отряхиваться, неловко поводя боками и волнами вздымая шерсть на загривке.
Вот это и оказалось последней каплей. Гнаться за этим видением из кошмара вместо того, чтобы разделить с Лилит великий момент приручения огня в приличествующей случаю торжественной обстановке — и для чего? Чтобы возомнившая себя важной фигурой пешка его в упор не замечала? В его собственном мире?
Одним плавным, привычным, отточенным движением копье устремилось вперед.
— У-у-уй! — донеслось через мгновение из-под рухнувшей туши косматого.
Вернее, из-под покровов этой туши.
Откуда на остолбеневшего Первого уставились круглые и уже совсем не звериные глаза.
Очень даже ему знакомые — на скривившимся лице его помощника.
Скрючившегося под покровами и держащегося обеими руками за бок.
— Вы здесь всегда так? — выдохнул он, постанывая. — Сразу бьете? Без вопросов? Я же Вам столько знаков подал, что поговорить нужно!
— Это что еще за маскарад? — процедил Первый сквозь зубы, все еще не решаясь поверить своим глазам.
— А это мы Вашу идею развили, — с готовностью принялся объяснять его помощник нервной скороговоркой. — Владельцы некоторых миров уже на все готовы, лишь бы в них проникнуть. А если под видом одного из их естественных обитателей, так это прямым контактом никак не назовешь. А тут у Вас в кабинете запасное тело обнаружилось — мы его за основу и взяли …
— Мое тело?! — не поверив на этот раз своим ушам, Первый подался вперед.
— Только за основу! — клятвенно заверил его помощник, стукнув себя для верности кулаком в грудь и опасливо покосившись на копье в руке Первого. — И только издалека. Даже не прикасаясь. Принцип там сразу был понятен — интересно было разобраться, как Вы детали проработали.
— Я, по-моему, ясно сказал, — окончательно придя в себя, Первый выпрямился и в крайнем раздражении грохнул копьем о землю, — к старым проектам не возвращаться!
— Да Вы себе не представляете, что у нас творится! — У его помощника хватило нахальства тоже кулаком о землю стукнуть. — Выходцы из миров не только показания дали, но и свои рекомендации добавили. Однозначные — без более тесного контакта с владельцами миры неизбежно начинают замыкаться в себе и под себя же подгонять заложенную в них программу …
— Это — проблема той башни, — перебил его Первый, подумав, что его мир и в этом оказался особенным, решительно сопротивляясь воле своего создателя даже в самом непосредственным с оным контакте. — Их программу нарушают, им об этом докладывают — их головная боль, пусть решение по ней и принимают.
— А если часть владельцев ждать не хотят? — расплылся в самодовольной ухмылке его помощник. — Прецедент уже известен — Ваш. Значит, способы его реализации разработаны — у нас. Вот они нас и бомбят ежедневно: дайте хоть какую-нибудь лазейку, чтобы — когда та башня разродится наконец вердиктом — встретить его во всеоружии.
