На земле, правда, наш Сан Саныч в отдельном, хоть и крохотном кабинете располагался, не давил сотрудников начальственным взором — в отличие от Стаса, который прямо напротив меня устроился и с самой первой минуты дал мне понять, что не забыл мои неоднократные отказы работать под его началом. Это он мне велел с техникой ознакомиться в из отсутствие? Да когда он сам хоть какую-то в последний раз в руках держал?
Подняв прозрачную панель на столе перед собой, я снова усмехнулась. Руки сами собой привычное действие совершили — ну прямо вылитый земной ноутбук. Вот только без клавиатуры. А как текст набирать? Ага, наверно надиктовывать — вот же дурацкая затея! Пробовала я на земле это, с позволения сказать, облегчение работы — так потом текст в два раза дольше исправляла, чем набрала бы его.
Я обратилась к этому ангельскому ноутбуку, медленно и отчетливо выговаривая каждое слово — если он что не разберет, как я потом это исправлю без клавиатуры-то? Он, похоже, ничего не разобрал — на экране не появилось ни единой буквы. Я попробовала еще раз. Потом еще. Потом еще не раз — экран оставался невозмутимо прозрачным.
У меня вырвалось одно из цветастых выражений Стаса — я тут же испуганно зажала себе рот рукой. Во-первых, все прослушивается, а во-вторых — что я твердо уяснила себе в самый первый год работы в земном офисе, так это то, что техника не терпит грубости. Рявкни на нее — расстроится, да еще и так, что потом специалист ее полдня назад настраивать будет. А здешняя еще, небось, и капризная по-ангельски.
Сосредоточенно глядя на экран, я мысленно перебрала все фразы, с которыми обращалась к моему ангелу, когда он переставал доводы рассудка слышать …
… Да разве кто сомневается, что тебе виднее, что происходит и что с этим делать! Тебе ведь равных нет в умении в самую суть посмотреть, а если мы сейчас еще и пару деталей добавим … — покатились вдруг по экрану одна за одной круглые и тщательно выписанные буквы.
И никаких полдня на восстановление взаимопонимания!
— Какая же ты умница! — совершенно искренне обратилась я к уже снова прозрачной панели.
— Отставить оборудование! — взорвалось у меня в голове самым командным голосом Стаса. — Немедленно!
— Что случилось? — отшатнулась я и от экрана, и от пугающе непререкаемого тона в сознании.
— Потом! — ничуть не сбавил он напор.
Фух, этот мысленный обмен на экране не отразился! А почему? Ангельская техника деликатнее земной, что ли — только на прямое обращение отзывается?
Косясь краем глаза на экран, я бросила в сторону несколько мысленных замечаний по поводу диктаторских замашек Стаса. Ангельский ноутбук вежливо пропустил их мимо ушей.
Я отвесила — но в ту же сторону — самый цветистый комплимент его светским манерам. Он встретил его с невозмутимой скромностью.
Отлично! Я чуть в ладоши не захлопала. Как только они все вернутся, мы все-таки проведем наше первое производственное совещание. С обсуждением не только обязанностей, но и прав сотрудников. Теперь они и присутствием Тени не прикроются — мысленный канал у меня и с моим ангелом, и со Стасом настроен — главное, их только случайно друг на друга не замкнуть, как тогда в павильоне Стаса сразу после …
— Немедленно поставь блок! — снова наотмашь хлестнуло меня из одного из упомянутых каналов, и резкость удара не оставила сомнений, из какого именно.
— Да что происходит-то? — возмутилась я этой бесцеремонностью — особенно разительной на фоне непоколебимой сдержанности технического канала мысленной связи.
— Потом, я сказал! — усилил контраст Стас. — И держи его до нашего прихода!
В последней фразе прозвучала чрезмерная даже для Стаса агрессивность. Да и сама эта фраза показалась мне излишней. В конце концов, если этот ангельский считыватель мыслей только прикидывается таким обходительным, можно просто его крышку закрыть — Стас ведь сам ко мне мысленно обратился, пока я ее еще не подняла …
И тут до меня дошло. Он сказал мне тогда о прослушке, и я поняла этот термин в земном смысле. А ангельская, действительно, скорее на мысли будет настроена — особенно если усыпить бдительность думающего машинкой, сунутой ему прямо под нос и любезно следующей его пожеланиям в выборе этих мыслей. В то время, как все остальные беспрепятственно записываются скрытым «жучком» …
Включая наши переговоры с Винни.
Включая его миссию к главе всего ангельского сообщества.
Включая планы нашей подпольной деятельности.
Включая возможность — несмотря на все запреты — нашего общения с землей.
Включая наше с моим ангелом совсем немногословное, но горячо красноречивое общение за пределами этого офиса?!
Наверно, сказались все те земные воспоминания, которые навеял мне последний — без малейшего участия сознания, я отреагировала на бесцеремонное вторжение в него так, как всегда это делала, еще будучи человеком.
Я никогда не бросалась в бой, не наносила ответный удар — я всегда удирала. Ныряла в глубину себя и там себя и замуровывала, чтобы больше не достали и не причинили боль.
