Доставляли их туда как обитатели самого пушистого мира, так и эвакуированные в него из лесистого. И всякий раз то один, то другой из них оставался в антрацитовом — постоянное противостояние с отрядами Второго придавало жизни в нем особую остроту, от которой, однажды испробовав ее, было трудно отказаться.
Так в антрацитовом мире образовалась сводная команда обитателей, каждый из которых приносил в их общую жизнь свои особые навыки и умения.
И тогда — видя, что ни прямое нападение, ни осада не приносят результатов — Второй вызвал в антрацитовом мире землетрясение. Вернее, целый их ряд — не сильных, но точечных и направленных на полный завал верхних уровней подземелий. С тем, чтобы навсегда похоронить их обитателей на нижних.
Узнали об этом в башне Первого — так же, как и о предыдущих атаках на антрацитовый мир — не от связного, поскольку происходящее под землей даже с поверхности планеты было не разобрать, а от самого его владельца.
Находящегося в зале заседаний.
Первый уже давно заметил, что у того была какая-то связь со своими обитателями — слегка напоминающая перемычки, но не имеющая с ними ничего общего — он просто чувствовал, если у них что-то серьезное происходило.
Так и в моменты прошлых нападений башни Второго он немедленно отправлялся в свой мир — для оценки нанесенного ущерба, но быстро возвращался — в полной уверенности, что его обитатели справится с последствиями самостоятельно.
Сейчас же он предупредил, что может отсутствовать пару дней — разбор завалов предстоял нешуточный.
Первый настоял на перемычке, и для активации впервые выбрал не полностью реальный образ — тот просто впрыгнул в его сознание при мысли о связи с антрацитовым миром.
Это была вполне настоящая пещера — которую он создал в макете собственного мира, с соленым водоемом в центре, в котором росли кристаллы — но ее полумрак был пронизан тонким лучом света, словно падающим через трещину в своде.
Первый понятия не имел, откуда взялся этот образ, но антрацитовый мир, увидев его в своем сознании, мечтательно зацокал языком:
— Эх, нам бы такое — завалы бы быстрее растащили!
— Подожди здесь, — бросил ему Первый, направляясь к выходу из зала заседаний. — Я быстро!
У себя в кабинете он вызвал в памяти крохотные светящиеся существа, которых создал в своем мире для красоты и которыми заселил свой тоннель в башню Второго для пользы дела — и быстро воспроизвел их подобия.
Раза в два больше размером.
Они тут же разлетелись по его кабинету.
Нет, так не пойдет — нужно наоборот.
Он создал цилиндрическую емкость с прозрачными стенками, втянул в нее, словно потоком воздуха, всех светлячков и быстро захлопнул емкость крышкой.
К которой еще напоследок и ручку приделал — для удобства.
Увидев создание Первого, антрацитовый мир одобрительно закивал головой.
— А чего только один? — добавил он потом.
— Это вместо спасибо? — хмыкнул Первый. — Сколько нужно?
— Да хоть пару десятков, — задумчиво прищурился антрацитовый.
— Ну, ты вообще! — покрутил головой Первый. — Ладно, до завтра сделаю. Подходи, со связным перетаскаете.
Антрацитовый мир кивнул ему и направился к выходу.
— Как там вообще дела? — бросил вслед ему Первый.
— Разгребаем, — коротко отозвался тот, не оборачиваясь.
— До решающего дня еще почти две недели, — продолжил Первый. — Вам воды, пищи хватит? Твои вообще выдержат?
— Мои? — обернулся от двери антрацитовый мир, и обвел глазами всех сидящих за столом и Первого, стоящего во главе его. — Мои знают, что мы придем им на помощь — рано или поздно — и они будут ждать столько, сколько нужно.
До конца дня Первый, не поднимаясь, создавал ему светильники. А на следующий даже слетал с ним и связным, чтобы быстрее доставить их к месту назначения.
А затем сел просчитывать следующие шаги Второго. До встречи с Творцом действительно оставалось чуть более десяти дней, и у Второго осталось лишь три возможные мишени: пушистый мир, металлический и собственный мир Первого.
Антрацитовый мир показал, что его атакам вполне можно противостоять — нужно было только продумать тактику сопротивления в каждом из оставшихся миров.
Через три дня выяснилось, куда нацелил Второй свой следующий удар.
Вернее, где его удар принес результаты — нацелил он его туда уже давно.
Параллельно с атаками на антрацитовый мир.
Отвлекая на него все их внимание.
Он бросил в пушистый мир всех оставшихся в его распоряжении духов — даже тех, которые вышли из других миров.
Они вели себя там очень скрытно — так, что владелец пушистого мира даже не догадывался об их присутствии.
Они всего лишь вели разговоры с обитателями этого мира, начиная с самых невинных и правдивых фактов.
Они восхищались им и теми покровами, который он производил.
Они подчеркивали, что ни в одном другом мире не существует ничего подобного, и что только его обитателям, как своим самым достойным избранникам, доверила природа такую красоту.
Которая уже получила самую высокую оценку в Великой башне, где создаваемые ими покровы уже прочно вошли в моду и стали предметом самой первой необходимости.
