— Я сейчас на центральном пляже, где пробуду еще час. Можете подъехать, если действительно срочно.
— Я ваш должник, Мари, скоро буду. И он сбросил вызов.
Я же глубоко вздохнула, потянулась к небу руками и улыбнулась: «С таким «вежливым» мужчиной я давно не встречалась. Пора себя побаловать «сладким» светским обществом».
Прошло минут 20, и меня окликнул приятный мужской голос: «Добрый вечер, Мари».
Обернувшись, увидела Даниэля Миллера в темно-синем спортивном костюме, который прекрасно сидел на его подтянутом, натренированном теле, черных кроссовках. В руках у него был файл с бумагами.
Как интересно, его спортивный костюм был в стиле надетого на мне. Забавненько, прямо парная одежда получилась. Решил подстроиться под меня, значит.
Даниэль подошел, протянул руку, я ответила на приветствие.
«Простите за беспокойство», — сказал он, продолжая удерживать мою руку.
Я на него пристально посмотрела: «Ничего страшного. Показывайте документы», — и не торопясь свою руку убрала.
Даниэль предложил сесть в ближайшем кафе на пляже и выпить кофе. Мы прошли в кафе, где он заказал кофе, а я стакан яблочного фрэша, протянул мне бумаги.
Изучив выписку (пациент Альберт Уилсон), я спросила: «А что смущает вашего знакомого?»
— Ему нужно было компетентное мнение, насколько верно сделаны назначения врачом.
— Они сделаны верно, соответствуют поставленному диагнозу. Волноваться не стоит, если только диагноз правильный и врач не ошибся.
Я посмотрела на мужчину, который не спускал с меня своих глаз, забыть которые невозможно. В этих почти бесцветных глазах читалась настороженность, интерес и желание. Я не стала отводить взгляд своих сейчас несколько уставших глаз, приобретших изумрудный цвет, от глаз Даниэля.
Чувствовалось его возбуждение, он положил свою руку на мою, лежащую на столе рядом с бумагами, и сказал: «Спасибо, что не отказались помочь… Мари, у вас такие красивые глаза. Я готов смотреть в них вечность».
С нежной улыбкой я убрала свою руку, не отрывая взгляда от лица Даниэля, который в этот момент пялился на мои губы, и сказала: «Не стоит благодарности. Передайте своему знакомому беречь себя, не напрягаться и не делать резких движений, в его случае это опасно».
Он ответил: «Передам обязательно».
«Мне пора, Даниэль», — сказала я.
Он же сразу подошел, отодвинул мой стул, когда я поднялась, и глубоко вдохнул запах моих волос, наклоняясь слишком низко ко мне.
«Я могу вас проводить?» — задал он вопрос, снова взяв меня за руку.
«Даниэль, мне кажется, что на сегодня достаточно нашего общения. Поторопитесь, вашему знакомому ведь срочно нужны эти бумаги, и хорошего вам вечера», — ответила я, освободив свою руку, улыбнулась и пошла.
Прямо чувствую, как он скользит своим взглядом по моей спине.
«Какой же ты падкий на женщин, Даниэль. Я стану твоим слабым местом», — злорадно усмехнулась про себя, и во мне проснулся инстинкт охотницы.
Не успела зайти в дом, как получила смс от Даниэля Миллера с надеждой встретиться снова и пожеланиями хорошего вечера. Это сообщение я специально проигнорировала.
Поднялась на лифте на свой этаж и, подходя к дверям квартиры, увидела облокотившегося о стену Мартина, который был пьян и в руках держал начатую бутылку виски. В таком состоянии я его видела только один раз и то в университете. Он посмотрел на меня долгим и каким-то для меня не совсем понятным взглядом, но ничего не сказал.
Я тоже молчала, просто открыла дверь и пропустила его в квартиру. Мартин достал свои тапочки, переобулся, шаткой походкой прошел в ванную, помыл руки, потом на кухню, открыл холодильник, достал молоко, яйца, а из шкафа муку.
Понимая, что его лучше не трогать, я зашла в ванную, а когда вышла из нее, на кухне уже стояли пожаренные блинчики и чай с лимоном — все, как я люблю. Перед Мартином, сидящим за столом, стоял бокал и бутылка виски. Мой друг о чем-то думал.
«Какой он милый в таком состоянии», — констатировала я и села напротив, начала с удовольствием уплетать всю эту вкуснятину, макая блинчики в сметану, от блаженства прикрывая глаза и мурлыча как кот.
Мартин смотрел на меня с грустью и умилением. Мне знаком этот его взгляд, он нередко на меня так смотрит.
Я, видя, что он ничего не ест, придвинула к нему его тарелку, положила блинов и сметаны, и он тоже начал есть.
Потом, вспомнив, что Мартин любит клубничный джем, метнулась к холодильнику, вытащила джем и положила его на блин в тарелке друга. Он слабо улыбнулся. Бутылку виски я отодвинула в сторону. Мы продолжали в полнейшей тишине есть.
Когда мы доели, Мартин встал, подошел ко мне, без слов снял с волос полотенце, промокнул волосы, принес из ванны фен и начал мне их аккуратно сушить. А я подумала, что, наверное, в семье, где есть любящий старший брат, который заботится о сестре, такие моменты часто бывают. От ощущения, что ты самый младший в семье и тебя все любят, стало тепло и хорошо.
