Анна Гумерова, Валентина Сергеева
Ангел мой, Вера
Москва • «Никея»
УДК 242
ББК 86.372
Г 93
Допущено к распространению
Издательским советом
Русской Православной Церкви
ИС Р21-108-0194
Гумерова Анна, Сергеева Валентина
Ангел мой, Вера: Роман. — М.: Никея, 2022. — 624 с.
Роман Анны Гумеровой и Валентины Сергеевой «Ангел мой, Вера» повествует о хорошо знакомых многим читателям исторических событиях — от блистательной эпохи после нашей победы в войне 1812 года до декабрьского восстания 1825 года и его долгих и значительных последствий, глубоко повлиявших на русскую историю и культуру. В романе эти события раскрыты через призму семейной истории. Перед читателем разворачиваются отношения Веры и Артамона Муравьевых — отношения, полные любви, нежности и трагизма.
Живые сильные характеры, убедительность и богатство исторических и бытовых деталей, замечательный русский язык делают чтение интересным для широкой аудитории.
© Гумерова А.Л., 2022
© Сергеева В.С., 2022
© ООО ТД «Никея», 2022
ISBN 978-5-907457-22-5
Оглавление
Ангел мой, Вера
От авторов
ЧАСТЬ 1
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
ЧАСТЬ 2
Глава 1. ЮНОСТЬ
Глава 2. NICOLAS. ВОЙНА
Глава 3. АРТАМОН. СЕМЬЯ
Глава 4. НАЧАЛО БЕД
Глава 5. СЛЕДСТВИЕ
Глава 6. СОРАТНИЦЫ. НОВЫЕ БЕДЫ
Глава 7. СМЕРТЬ ОТЦА. ЗАХАР МАТВЕЕВИЧ. ПРИГОВОР
Глава 8. ТЕРЕБОНИ
Глава 9. У КАНКРИНЫХ
Глава 10. БОЛЕЗНЬ НИКОШИ
Глава 11. СМЕРТЬ ЛЕВУШКИ. ЗНАКОМСТВО С КОЛОГРИВОВОЙ
САШЕНЬКА
Глава 12. НОВЫЕ ДРУЗЬЯ
Глава 13. ОТКРОВЕНИЕ. «ПОБЕДНАЯ ПОВЕСТЬ»
Глава 14. ПЛЕЩЕЕВА
Глава 15. ОКОНЧАТЕЛЬНЫЙ ОТКАЗ
Глава 16. САШИНО УЧИЛИЩЕ
Глава 17. У ФИЛАРЕТА. ПРИМИРЕНИЕ
Глава 18. КУЗЕН
Глава 19. ПРОЩАНИЕ С СОФЬЮШКОЙ
Глава 20. УМНЫЕ ЛЮДИ. ОТЪЕЗД САШИ
АРТАМОН. СМЕРТЬ
Глава 21. ВОЗВРАЩЕНИЕ САШИ
Глава 22. «НА СУД ИДУЩЕЮ»
Эпилог
Об авторах
Примечания
ОТ АВТОРОВ
Художественный мир романа «Ангел мой, Вера» сложился из творческого вымысла и документальных материалов. В книге цитируются следующие архивные документы:
На с. 86–87 и с. 320 — письмо матери Веры Муравьевой, Матрены Ивановны Горяиновой (НИОР РГБ, ф. 218, № 461–2, л. 1–6).
На с. 316 — альбом Веры Муравьевой (ИРЛИ, p. I, оп. 17, №459).
На с. 413 — родословная Муравьевых, сделанная Александром Артамоновичем Муравьевым (НИОР РГБ, ф. 218, № 462(I), 1 л.).
На с. 422–423 — письма М.К. Юшневской (ГАРФ, ф. 1463, оп. 2, № 687).
Кроме этого, мы приводим несколько писем из книги:
А.З. Муравьев. Письма / изд. подгот. Т.Г. Любарской. Иркутск: Иркутский музей декабристов, 2010. 528 с. — (Серия «Полярная звезда»).
Главы 26–28 построены на материалах следственного дела Артамона Муравьева (Восстание декабристов. Документы. Т.XI. М.: Госполитиздат, 1954. С. 91–132).
Некоторые письма в книге вымышленны.
Мы хотим поблагодарить тех, без кого эта книга не была бы написана: Наталию Соколову, Марию Лифанову, Екатерину Лебедеву, Евгению Шувалову, Раису Добкач, Юлию Морозову — за вдохновение, материалы, неоценимые советы и сведения по историческим реалиям, помощь в архивной работе и поддержку.
Там за островом, там за садом
Разве мы не встретимся взглядом
Не видавших казни очей,
Разве ты мне не скажешь снова
Победившее смерть слово
И разгадку жизни моей?
ЧАСТЬ 1
Не спасешься от доли кровавой,
Что земным предназначила твердь.
Но молчи: несравненное право –
Самому выбирать свою смерть.
Глава 1
Ранней осенью 1817 года у полковника Александра Николаевича Муравьева, в Шефском доме Хамовнических казарм, было шумно, людно и весело, как всегда бывает в холостых офицерских квартирах, у студентов и у людей, живущих «артистически». Табачный дым облаками висел под потолком. Кому не хватило места на диване и в креслах, присаживались на подоконники, облокачивались на стол, а то и просто, сыскав себе собеседника, ходили под руку из комнаты в комнату. Спорили, спорили до головокружения, до ссор, иногда бестолково, то со смехом, то с раздражением, то замирая от собственной дерзости — но каждому было что сказать, и разговор не прерывался ни на минуту. Здесь перебивали самозваных ораторов, противоречили сами себе и всё равно друг друга понимали. Как только умолкал один, вступал следующий — задорно и уверенно.
