Ангел Петя полностью

Старый ангел улыбнулся, и в груди у него возникло мерцающее пятно, которое начало быстро расширяться. Вскоре эфир целиком поглотил тело и Петя, испытывая к себе отвращение, с наслаждением пил энергию.

– Зачем ты его хотел обмануть? – спросил Ферма, когда они вернулись на подворье и присели на мягкую траву.

– Я хотел дать ему надежду и вернуть смысл жизни.

– Обманывать нехорошо, – поучительно произнес Ферма. Петя решил не напоминать, как ровно сутки назад, когда речь зашла о неразглашении тайны возможности контакта с людьми, Ферма утверждал, что обманывать очень даже хорошо. Он откинулся на траву, прикрыл глаза и увидел свои энергетические крылья. Сейчас в них проявился зеленоватый оттенок – энергия ушедшего ангела пошла им на пользу.

Глава XVII

Статуи богини-свиньи, вырастающие на всех площадях и перекрестках, вымарывание отовсюду имени Прометея – Петрос безуспешно пытался понять, что происходит, а главное, зачем Стебнéва все это затеяла – ведь не разорение, кровь и огонь, упомянутые старикашкой из Пятого номоса, были ее целью. Какой бы тупой и злобной не была Богиня, таких задач она не могла ставить, рассуждал Петрос.

Во время очередной ночной встречи Прометей объяснил своему другу смысл проводящихся на Земле изменений. Оказалось, что Прометей, как и все Боги, очень нуждается в людской памяти и молитвах, и дело не в божественном тщеславии: это – единственный источник мощи для любого из Богов. Если все будет идти, как идет, и ничего не изменится, Стебнева в скором времени станет недопустимо сильной, а Прометея за несколько лет люди забудут, и он потеряет силу. Впрочем, великий друг Петроса был настроен довольно оптимистично. Он сказал, что у него есть план. Первая часть плана состояла в том, что Прометей собирался увеличить свою популярность среди диких народов, в том числе, у себя на родине. Что касается второй части плана, то ее, по расчетам Прометея, должна будет выполнить сама Стебнéва.

Маришка снова читала Булгарина. Медленно, раз за разом, водя аккуратным розовым ногтем, перечитывала строчки, где юный Ян Тадеуш присутствует при разговоре с духами. Петя еще с прошлого раза выучил страницу наизусть, и сейчас, пользуясь боковым зрением возлюбленной, старался осмотреться в знакомой комнате. На окне в тонкой хрустальной вазочке стоит сухая роза – Петя помнил, как совсем недавно покупал ее у хитрой старушонки возле метро. На деревянных ящиках перед другими бабушками лежали цветы, выращенные на собственных огородах, в основном благоухающие пионы, а пронырливая старушка где-то, возможно, в соседнем цветочном магазине, уже по позднему времени закрытом, раздобыла пару розочек. Увидев, что Петя нацелился на розы, и бросив оценивающий взгляд на Маришку, она заломила такую цену, что бабушки по бокам аж прикрыли открывшиеся рты ладонями. Маришка возмутилась и стала за руку тянуть Петю прочь от старой вымогательницы. Петя вырвался и купил розочку. Помнится, они даже слегка поругались из-за этого. Столько всего произошло, а сухая розочка все стоит, думал Петя.

Маришка оставила текст, встала и подошла к призеркальному столику, на котором Петя с изумлением увидел набор аксессуаров, необходимый, согласно мемуарам, для общения с духом покойного. Тут был хрустальный шар, четыре свечи, миска с водой и небольшое зеркало. Маришка – рациональнейшая Маришка, которая хихикала над Петиными «а, может быть, в этом что-то есть», когда речь заходила о филиппинских врачевателях или Стоунхендже, расставляла свечи, собираясь начать унизительный обряд. На хрустальный шар упала большая капля – Маришка снова плакала. Петя не выдержал и разорвал связь.