— …Мне кажется, вопрос некорректен. Королева отчитывается не перед Сенатом, а перед народом, это существенное уточнение. Нет, мне всё равно, что кажется вам. Первую королеву, как и монархическую форму правления, избрал народ, для защиты своих интересов. И отчитываться она будет только перед народом, а не сволочной кучкой юристов-законотворцев. Да, думаю, если сеньоры сенаторы поднимут этот вопрос из принципа, моя сестра пойдёт на прямой референдум о доверии к своей политике с последующей дискредитацией и роспуском текущего состава парламента. Конечно, она готова к такому развитию событий, иначе ей не было смысла начинать что-либо делать без санкции.
— …Закон принимают люди, сеньоры. Люди заседают и в парламенте. Закон не идеален. Повторюсь, единственным носителем верховной власти может быть только народ, и королева Лея, если сенаторы вынудят, пойдёт на проведение его прямого волеизъявления. Если она справится, на фоне её успехов в борьбе с преступностью у сеньоров не будет ни единого шанса.
— …Нет, не думаю, что не справится. Весь вопрос в том, что именно происходит, что именно она хочет добиться, и как. Команда моей сестры — грамотные и опытные люди; не думаю, что они не продумали свои действия.
— …Конечно, признаю, не справились. Однако прошу учесть деталь: департамент безопасности — всего лишь силовое министерство, действующее в рамках закона, чётких недвусмысленных правил и процедур. И какими бы ни были законы, какими бы безумно долгими ни были процедуры, мы обязаны подчиняться. Это очень мощный фактор, ограничивающий возможности безопасности. Потому я бы говорила не об ошибках в работе департамента, и не о недоработках, а скорее о невозможности быть более эффективными в рамках сложившейся правовой системы. Потому мне самой интересно, что выйдет у её величества и как это отразится на работе силовых ведомств в дальнейшем.
— …Нет, я не говорю, что королева ставит себя над законом, не передёргивайте мои слова, сеньор. Я говорю о том, что национальная безопасность иногда может быть выше бюрократических процедур. Как бы ни хотелось вам подвести всё к базовому утверждению о преступности королевской власти в принципе.
— …Нет, ни в коем случае. Никто не может ставить себя выше закона, даже королева.
— …Как? В данный момент она проводит этот эксперимент. После выступит с заявлением. После же сенатская комиссия рассмотрит её действия, факторы, приведшие к их необходимости, и решит вопрос насчет вотума.
— …Нет, я не сказала, что это будет комиссия Сената следующего созыва, но, думаю, да, если сеньоры сенаторы вынудят её величество, после референдума это будут другие люди.
— …Вы вновь перевираете, сеньор. Никто, даже королева не может быть над законом. Это аксиома, которую никто не собирается ставить под сомнение.
— …Нет, не могу ничего сказать ни о сроках, ни о планах. Операции такого уровня не терпят огласку, и до самого завершения эксперимента, до самой итоговой пресс-конференции её величества, мы ничего не узнаем.
— …Департамент занимается своим делом, сеньор. Стоящими перед ним чёткими задачами сегодняшнего дня. И не может отвлекаться на эксперименты за пределами своей компетенции.
— …Я же сказала, мне самой интересно, надо ждать.
Королева нарушила сложившиеся статус-кво. Пока в отношении камаррадос-преступников, но показала силу. Альфа гудит, переваривает, анализирует, и это гудение куда серьёзнее попыток «террористов» взять приступом школу. Это политика самого высшего уровня, на котором королеву, если проиграет, могут и скинуть. Недаром главным в пресс-конференции вопрос касался насчёт Сената и его санкции.
Сенат — клоака, служащая для защиты интересов сеньоров буржуев. Каждый сенатор — чей-то агент, проводник чьей-то политики. Многие члены парламента, опираясь на поддержку спонсоров, заседают десятилетиями. Это сложившаяся система, работающая как часики…
…Которую королева Лея в один миг может поставить под удар, отправив в рассеянный диск. А это будет уже не нарушение статуса-кво, а объявления войны.
Потому сеньоры не станут просто так объявлять вотум. Пошумят, пока спонсоры думают и совещаются, и успокоятся…
…Если я не дам новых поводов для беспокойства, не вынудив спонсоров объявлять войну. А я могу.
Да уж, можно констатировать, лавина пошла. И остановить её невозможно. Прежней Венера уже не будет, и либо королева урвёт себе часть власти у сеньоров, либо они её скинут… Воспользовавшись моей оплошностью и ошибкой.
В ушах раздался писк, а в «стекло» перед глазами постучалось зелёное тощее лесное создание.
— Да, сеньора, — ответил я.
— Всё посмотрел?
— Всё.
— Понял, как мы рискуем?
Я молчал. Не люблю глупо поддакивать.
— Они завалят нас, если ты залажаешь. Что начнется в стране после этого — не могу даже представить.
— Мне не нужно говорить очевидные вещи, сеньора. — Я попробовал отстраниться от «порки», но сеньора Гарсия ещё не высказалась.
