Собирается суд (теперь-то я даже знаю, кто в роли судей выступает – главы Святой Инквизиции), на котором, после рассмотрения дела, выносится приговор обвиняемому. Если обвиняемый признаётся виновным в совершении преступления, ему даются сутки на то, чтобы уладить все дела и проститься с родными, а потом за ним приходит Проводник, и не дай Бог, осуждённый попытается бежать. Тогда вместо довольно милостивой и быстрой смерти он получат кромешный ад и нескончаемые пытки, пока сам не умрёт из-за нестерпимой боли и многочисленных ранений.
– Может, сам выберешь, какой вариант использовать мне? – произнесла свистящим шёпотом, старательно, до рези в глазах, всматриваясь в темные очертания кустов.
– Проводник, – сделали выбор за меня. На площадь, освещённую фонарями, вышел высокий, худой, можно даже сказать тощий, рыжеволосый парень, одетый в обычную чёрную футболку, тёмные джинсы и кеды. – Сама поднимешься или помочь?
Нет, он что, издевается? У меня руки-ноги перевязаны толстенной верёвкой, которую я при всём своём большом желании не смогу ни разорвать (банально силёнок не хватит), ни перегрызть (как бы ни извивалась, всё равно не изогнусь под таким углом). Всё же ворм и демон Печали поступили довольно мудро, связав мне руки за спиной, иначе я бы не погнушалась, и на зуб всё же попробовала бы предложенный «деликатес». Или же рыжеволосому хочется, чтобы дурная ведьма буквально ползала у его ног, слёзно умоляя освободить от треклятых пут? Так спешу обрадовать – не дождётся!..
– Мне и так неплохо.
– А если вернутся твои истязатели? – пока довольно миролюбиво поинтересовался Проводник, делая пару шагов ко мне. – Жалко будет, если тебя убьют…
– И не ты, – некультурно перебила говорившего, испуганно съёживаясь на холодной плитке и максимально втягивая голову в плечи.
– Ну, хотя бы и так, – не стал ничего отрицать оппонент, присаживаясь передо мной на корточки. – Ну, так как, сама поднимешься или всё же помочь?
Подняв глаза на оппонента, с трудом удержала недостойный и такой трусливый скулёж, готовый сорваться с губ. Вроде бы у Проводника было обычное, ничем не примечательное лицо среднестатистического парня, но всего лишь один взгляд на равнодушно-отрешённое выражение на его лице, и кровавые всполохи в холодных серых глазах, как меня посетило непреодолимое желание сдать все адреса, пороли и явки, которые когда-либо знала или слышала в фильмах. Блин, да меня даже разозлённый Габриель, доведённый до ручки Рафаил, все демоны Преисподней и ненавистный Сергей, вместе взятые так не пугали, как этот спокойный чел!..
– П-помоги… пож-жалуйста, – кое-как выдавила из перехваченного спазмами горла, не в силах отвести глаз от лица Проводника.
Ничего не говоря, молодой человек перегнулся через меня, отчего истеричная я чуть инфаркт не схлопотала, и одним быстрым, но точным движением разрезал материализовавшимся в его руках кинжалом тугую верёвку, обхватившую запястья. Далее настал черёд лодыжек. Миг, и я уже была полностью свободна.
Скрючившись в позе эмбриона, с протяжным стоном, попыталась помассировать стёртую в кровь кожу, но не тут-то было! Тело, затёкшее от долгого лежания в неудобной позе, моментально дало о себе знать нестерпимой, выворачивающей наизнанку болью в мышцах и сотней тысяч мелких, но таких садистски-острых иголочек, что с моих губ сорвалось несколько непечатных выражений.
– Давай, помогу, – не дожидаюсь моего ответа, Проводник, особо не церемонясь, буквально за шкирку поднял меня над землёй, и принялся осторожно разминать затёкшие кисти моих рук.
– И откуда столько доброты и сострадания к совершенно незнакомой ведьме, которую в дальнейшем прикажут убить? – разыгравшееся любопытство не хуже знаменитого чёрта дёргало за язык.
– Ну, пока же такого приказа не было, – довольно флегматично и неконфликтно заявили в ответ, оттащив моё безвольное тело к резной лавочке и помогая присесть на неё. – Когда главы Святой Инквизиции вынесут тебе приговор, Ласкина, советую на мою «доброту и сострадание» особо не рассчитывать, – парень насмешливо скривил тонкие губы в улыбке, недвусмысленно давая понять, что уже благополучно ознакомился не только с моими паспортными данными, но и с подробной подноготной.
Растянув подрагивающие губы в некоем подобии ответной улыбки, вновь дотронулась до нашей с Асукой ментальной связи. Тишина, царившая со стороны фамильяра, откровенно напрягала. С последнего нашего разговора прошли как минимум сутки, а хвостатик даже не пытается связаться со мной.
«Господи, лишь бы с моими демонами ничего не случилось!» – тревожная мысль заставила буквально похолодеть, что, несомненно, не укрылось от острого внимания Проводника.
– Неужели настолько неприятно принимать помощь от такого, как я? – обидчиво протянул рыжик, поспешно отдергивая руки от моих босых ступней.
– Нет… – еле узнала свой бесцветный голос. – Просто на душе как-то неспокойно…
– Смерти боишься? – прозорливо уточнил оппонент, снова возвращаясь к прерванному занятия – массажу моей левой ступни.
