Он от поединка уклонился. У меня даже мелькнула мысль, что он уже и внешность сменил, и манеры вместе с ней. Я словно выпад в его сторону делал, а он тут же оказывался рядом, заботливо стирая мне пот со лба и проверяя пульс.
- Где ты находишься? - деловито поинтересовался он, как будто я с ним всего лишь поздоровался.
- Понятия не имею, - отмахнулся я. - Снаружи. Я не об этом…
- На какой же горизонт тебя отправили? - пробормотал он, словно вслух размышляя. - Можешь описать, что вокруг видишь?
- Ничего, - отрезал я. - Зубы мне не заговаривай…
- Какое емкое определение! - съязвил он. - А можешь мне показать это ничего?
- Нечего здесь показывать! - снова повторил я, невольно обводя взором пыльную пустыню вокруг себя. - И я тебе еще раз повторяю…
- Подожди, - опять перебил он меня. - А ну, глянь чуть левее… Ага, а теперь назад… Да не так же быстро! Вот теперь замри!
- Ты меня еще использовать будешь? - взвился я, забыв все свои намерения насчет спокойного и открытого поединка. - Тебе мало пользоваться тем, что меня заперли, как…
- Как-то плохо тебя заперли, - довольным тоном сообщил он мне. - Скажи спасибо, что не на одном из первых оставленных нами горизонтов - там сейчас уже полный мрак и запустение. А здесь, если ты пойдешь прямо от выхода, все время чуть влево забирая…
- Куда я пойду? - взвыл я от такого неприкрытого издевательства.
- Все время прямо и чуть-чуть влево, - повторил он терпеливо. - Расстояние, конечно, увеличивается от нижних к верхним горизонтам, но рано или поздно ты в нашу цитадель упрешься. Горизонты создавались, чтобы облегчить и ускорить наше с вами взаимодействие в прежние времена, так что не промахнешься. Сейчас с нашей стороны входы тоже запечатаны, но пытливому уму печати не помеха. Я тебя встречу.
Я ничего ему не ответил. Ввиду явного сговора внештатников с темными, хотелось бы мне сказать, но нет. Вынудить их к такому сговору могла только высшая сила.
Молодцы, отцы-архангелы! Даже не стали сами утруждаться написанием новой пьесы для своего развлечения - профессионалу поручили. Обстановка Татьяниного двора, непреодолимая прозрачная стена, столь напоминающая дверь в ее комнату - до такой изощренной пытки внештатники бы не додумались. А теперь истинный автор решил в камео выступить - лично показать мне близкий, только руку протяни, но совершенно недостижимый выход из темницы?
- Если ты уже пошел, - ворвалось в мое звенящее от бешенства сознание его голос с дразнящей ленцой, - то с закрытыми глазами этого делать не стоит.
Они упорно загоняют меня в трагедию отчаяния? По сценарию мне положено заламывать руки, падать на колени и вообще в падучей биться, голову заботливо предоставленным пеплом посыпая? Сейчас! Я открыл глаза, неторопливо подошел к стене и, протянув руку, уперся в нее ладонью.
- Вопросы есть? - коротко спросил я.
- Интересно, - медленно протянул темный гений без какого-либо намека на удивление. - Значит, на посты на всех горизонтах у ваших сил уже не хватает, если они замуровывать проходы взялись…
- Здесь не проход, а меня замуровали, - напомнил я ему сквозь зубы.
- Все, что воздвигнуто, может быть низвергнуто, - провозгласил он почти в своей прежней манере. - Хочешь, я подойду - посмотрю, как это сделать?
Что такое - главный герой упрямо отказывается отчаиваться? Нужно его помощью поманить, чтобы надежда встрепенулась - а потом влет ее скорбным признанием, что помочь ничем не получится? То-то у него и мысли не возникло, что вон из тех окон он будет виден, как на ладони.
- Спасибо, но не нужно, - ответил я со всей уверенностью, которую сумел в себе наскрести. - Это мои проблемы, не хочу я тебя ими нагружать. Но запомни одно: так или иначе, рано или поздно, но я отсюда выберусь. И если у Татьяны к тому времени какие-то завиральные идеи появятся…
- Ища угрозу в пыльных штампах, не видим бездну мы у ног, - окончательно вернулся темный гений к своей привычке заканчивать разговор пафосной сентенцией.
А я вернулся к своей стене. Отключив чувство времени. И опасения, что отцы-архангелы опять чутко уловили мои намерения. И подозрения, что именно посулили они темному гению за постановку этого спектакля. Если я выберусь отсюда слишком поздно… Мстительность ангелу не свойственна, но если его загоняют, как дичь на охоте… Нет, эти мысли я тоже отключил.
Снова вернул меня к действительности, естественно, Стас. В блаженном неведении о времени мне показалось, что у него как-то зачастили экстренные случаи. Но уточнять, насколько, я не стал - не хотелось узнавать, сколько времени у меня ушло на создание щели в стене, в которую уже мой мизинец пролазил. Почти. До второй фаланги.
Рассказ Стаса подтвердил, что темный гений и услышал, и понял меня. В смысле, и то, и другое неправильно. Он, похоже, решил, что я предложил ему гонку, и с готовностью включился в нее.