- Что Вы сказали? - тихо и угрожающе произнес глава темных.
- Я говорю, что нам никакие осложнения не нужны, - перефразировал я свою мысль. - Отдайте своим представителям приказ немедленно возвращаться, а то у одного из них, по-моему, на радостях ум за разум зашел.
Глава темных отключился, ничего мне не ответив.
Через мгновенье лицо Винни замерло и начало как-то сползать. Глаза у него прикрылись веками, уголки губ опустились, щеки обвисли, и сам он сгорбился и обмяк. Я просигналил Максу глазами в его сторону.
Когда Макс подошел к нему и почтительно взял под локоть, он открыл глаза и обвел ими светлых участников встречи. Мне достался разочарованный взгляд, Анатолию - обиженный, вновь появившейся Татьяне - полный надежды.
- Я все же не прощаюсь, - обратился темный исключительно к ней.
Они с Максом направились в сторону подготовительного центра темных и через несколько шагов исчезли. У меня снова между лопатками зачесалось.
И руки тоже. Вот теперь самое время к разбору полетов перейти. Я повернулся в сторону Анатолия и Татьяны.
- Стас, мы, наверно, тоже пойдем, - зачастил он. - Так надолго мы еще не отлучались, как бы внештатники чего не заподозрили.
- Стоять! - коротко скомандовал ему я, приближаясь.
- Ты сказал - всего на пару слов! - решительно заявил он мне.
Я задал ему свой единственный вопрос.
- Стас, мы оба учились! - снова затарахтел он, надеясь, наверно, утопить предполагаемый мной ответ в потоке слов. - Блокировать свои мысли. Мы ведь только разынвертирование договаривались им показать. Так вот - чтобы они больше ни до чего другого не докопались…
- Как блок ставить? - обратился я к Татьяне, старательно игнорируя этого словоблуда. Чтобы не перейти от разбора полетов к раздаче слонов.
- Нужно свои мысли кодировать, - с готовностью ответила мне она.
- Кодировать? - нахмурился я.
Как их мысленную связь? Это что - на самом деле темные научили меня мысленный блок ставить, а я собственными руками орудие его взлома им передал?
- Откуда узнали? - спросил я на этот раз Анатолия.
Они с Татьяной переглянулись. И тут до меня дошло.
- Макс, - ответил я за них.
Нет, если бы он не со мной эту операцию провернул, я бы ему мысленно аплодировал. Одним ударом отблагодарить Анатолия за ознакомление со стратегически важным открытием и сделать меня, как младенца. Ладно, эту битву он выиграл. Но не войну. В войне побеждают не мелкими уколами исподтишка. Тем более, что это его шило я сейчас притуплю.
- Стас, что случилось? - донеся до меня обеспокоенный голос Анатолия.
- Что случилось? - произнес я с удивившим даже меня самого спокойствием. - Слабое звено у нас случилось.
- В смысле? - нахмурился он.
- С противником в несанкционированные отношения вступает, - прищурился я, - переговоры с ними подпольные ведет, услуги от них принимает…
- Да говорю же тебе, - завопил Анатолий, - что более важные вещи скрыть от них нужно было!
- … в результате чего противник получает доступ к совершенно секретной информации.
Анатолий с Татьяной снова переглянулись, и он решительно покачал головой.
- Быть такого не может! - уверенно заявил он мне. - Я себе железобетонный блок поставил.
От такой наглости у меня в ушах зашумело.
- При чем здесь ты? - рявкнул я, не сдержавшись.
- Как при чем? - уставился он на меня. - Я думал, ты о нашем последнем открытии.
- Отключение невидимости? - мгновенно подобрался я.
Мелькала недавно мысль отлавливать пару-тройку рядовых сотрудников, чтобы развязать язык их руководству. С таким умением можно будет эту идею и на темных распространить. Чтобы ключи к коду вернули.
- Не совсем, - медленно, словно нехотя, ответил мне Анатолий. - Здесь только мы друг друга видели. Окажись кто-то рядом - и не заметил бы, и не почувствовал.
Еще лучше. Значит, во время захвата противника на земле можно не опасаться случайных человеческих свидетелей.
- Как ты это сделала? - спросил я Татьяну.
- А это не я, - удивленно глянула она на меня.
Не поверив своим ушам, я перевел взгляд на Анатолия. Он весь раздулся от гордости.
- Я же тебе уже полчаса талдычу! - напыщенно провозгласил он. - Татьяна пробила инвертацию, а я - невидимость.
У меня появилось сильное искушение снова не поверить своим ушам - этот его пафос отозвался в них не шумом, а уже звоном. Тем самым предупреждающим звоном.
Я боялся, что мелкому часть способностей Татьяны передастся, а у него оба родителя оказались напичканы талантами. И это только что видели темные. И не исключено, что об этом уже знают аналитики.
Мне, что, его теперь лично двадцать четыре часа в сутки охранять?
Глава 11. Углубление
После того как нас отправили обучаться в подразделения, моя жизнь пошла под знаком «почти». Для начала она почти вернулась к моей прежней, земной.
Мы с моим ангелом все время проводили вместе. Почти все время. На земле мы тоже на работу ходили, каждый на свою - и здесь мой ангел регулярно отлучался, чтобы отчитаться, как он говорил, о прогрессе в данном ему задании.
