Ангел тьмы полностью

– Скажем проще, – ответил Люциус. – Боллстон-Спа – действительно родина лучших в мире бумажных пакетов.

Маркус, осмотрев в свой черед оружие, уверенно кивнул.

– Хм, да, – объявил он, пытаясь сдерживать воодушевление. – Чуть-чуть усилий, и из него действительно можно будет снова стрелять.

– А это означает… – вмешался мистер Мур.

– Это означает, – ответила улыбающаяся мисс Говард, – баллистическое испытание.

На лице мистера Мура отразилось изумление:

– Пардон, что?

– Если, конечно, – отложив револьвер и воздев палец, объявил Люциус, – удастся найти в этих обломках повозки пулю для сравнения.

– Эй, эй, помедленнее! – взмолился мистер Мур.

– Что скажете, мистер Пиктон? – спросил Маркус. – Какого ваши судьи мнения на предмет баллистического анализа?

Мистер Пиктон пожал плечами:

– Они, конечно, о нем осведомлены. Но, насколько я знаю, у нас пока не было дел, где это бы использовалось при осуждении. С другой стороны, не припоминаю и таких, где сей аргумент специально исключили бы. Судьи наши, похоже, не совсем примитивны в этих вопросах – временами они не против создания прецедента. Если мы наткнемся на нечто убедительное – особенно в сочетании с прочими уликами, – думается, я смогу проверить это и посмотреть, что отсюда будет следовать.

– Проверить что? – запричитал мистер Мур. – Черт возьми, люди, да о чем это вы?

Я и сам был порядком сбит с толку, да и доктор с Сайрусом, на мой взгляд, соображали не больше. Но мы предпочли оставить дурацкие вопросы мистеру Муру, ведь у него – я говорю это со всем должным уважением к прочим, более выдающимся качествам этого человека – все выходило так естественно.

– Если мы заставим его заработать, – обратился Люциус к мистеру Пиктону, по-прежнему игнорируя мистера Мура, – нам понадобится оборудовать что-то наподобие стрельбища.

– Что ж, – радостно ответил мистер Пиктон, указывая на заднюю часть дома, – мой двор в вашем распоряжении, детектив! За ним нет ничего, кроме кукурузного поля. Если скажете мне, что понадобится…

– Не много, – отозвался Люциус. – Лишь кипа-другая хлопка.

– Ничего проще, – кивнул мистер Пиктон. – Миссис Гастингс! Мы… – Он обернулся и обнаружил, что домоправительница уже стоит в дверях, слушая нас с озадаченным и ошарашенным видом. – Ага! Миссис Гастингс, позвоните мистеру Бёрку, будьте любезны, и скажите ему…

– Да, сэр, – отвечала миссис Гастингс, отвернувшись и всплеснув руками. – Несколько кип хлопка, сэр, чтобы вы могли стрелять на заднем дворе!

– Должно быть просто идеально, – сказала мисс Говард, все еще разглядывая револьвер.

– О да, – вмешался мистер Мур; голос его начал приобретать обычные для подобных моментов жалобные интонации. – Идеально. Даже не потрудиться объяснить это остальным, что бы вы там ни делали.

Мистер Пиктон расхохотался, потом обратился к старому другу:

– Прости, Джон, мы, кажется, были невежливы, да? Ну так вот, в порядке компенсации – на сегодня мы и так позаботились практически обо всем, о чем могли. На самом деле, должен сказать, это был исключительно удачный день! Так, может, вскочим в трамвай и отправимся к Кэнфилду? Обстоятельно обсудить все сможем за ужином – потом немного рулетки, может, пару карточных партий…

– Тихо! – скомандовал мистер Мур, подняв руку и неожиданно обретя энергичный и возбужденный вид. – Все наверх и одеваются в вечернее платье, пока не начались новые дискуссии, или Руперт не передумал! Давайте-ка, пошевеливайтесь!

– А если мы не хотим идти? – возразила мисс Говард, когда мистер Мур подтолкнул ее к лестнице. – Меня не интересуют…

– Тогда можешь просто поесть и сразу возвращаться домой, – перебил мистер Мур. – Дай нам спокойно погубить наши развратные души!

Я метнулся к лестнице, но потом, вспомнив кое-что, обернулся к мистеру Муру:

– Поставите за меня? Я слыхал, детям в таких местах играть не дают.

– Не переживай, Стиви, – заверил мистер Мур. – Буду точно следовать твоим указаниям. Но чтобы попасть в обеденную залу, тебе все равно придется надеть выходной костюм.

Я кивнул ему и улыбнулся:

– Потому его и прихватил: единственное, что может заставить меня напялить это, – честная игра!

Стремительно взбежав по лестнице, я ворвался в свою комнату, закрыл дверь и распахнул большой гардероб красного дерева, куда до того сунул комплект вечернего платья, купленный мне доктором около года назад. Сдается мне, тогда он надеялся, что я со временем проявлю некий вкус к опере и в один прекрасный день действительно с удовольствием стану сопровождать его и Сайруса в «Метрополитэн»; но пока же я побывал в ложе доктора в вышепомянутом заведении – и в вышепомянутом вечернем платье – всего лишь раз, да и то лишь потому, что это было необходимо для расследования дела Бичема. Но сейчас я с радостью втиснулся в жесткую крахмальную белую сорочку и черный костюм – раз уж в таком виде мне светило сделать ставку-другую на надежном рулеточном колесе, которых, как я всегда слышал, было достаточно в славящемся на всю Саратогу игорном доме и ресторане Ричарда Кэнфилда, известном остальной стране просто под именем «Казино».