— Кэт, его здесь нет. Попробуй не нервничать, хорошо? Глотни-ка еще… — Я поднес бутылочку к ее губам, она замотала головой, пытаясь избежать противного лекарства — но после очередного глотка нервы ее, похоже, и впрямь слегка успокоились. — Получше? — спросил я.
Она медленно кивнула:
— Вроде как. Уфф… — Потом наконец убрала руку от живота, вздохнула поглубже и поднялась. — Да. И
— Может, теперь еда? — Я подвел ее к плите. — Я как-то до сих пор не вполне готов поверить в эти твои кулинарные таланты…
Тут Кэт смогла тихонько рассмеяться — а когда взяла еще одно яйцо, руки ее уже были спокойны.
— Подожди, мальчик мой, — сообщила она, сноровисто раскалывая коричневую скорлупку о край сковороды. — Ты еще пожалеешь, что такой завтрак тебе подают не каждый день. — Поморщившись, она повернулась к столу: — Дай-ка еще этой штуки, хорошо? На вкус ужасно, но помогает.
Пока Кэт трудилась над яйцами и селедкой, она не единожды глотнула настойки, и ее настроение существенно улучшилось. Следующие полчаса или около того были одним из счастливейших мгновений с нею, что я могу вспомнить: просто готовить завтрак и есть его на кухне, будто мы самая обычная парочка, с болтовней, смехом, забыв на время, что пригнало ее к дому доктора. Кэт начала рассказывать о том дне, когда у нее будет большой и красивый собственный дом, и хоть я не верил, что блядство когда-нибудь сможет привести ее к такому исходу, все равно не сказал ничего вразрез этой мечте — настолько бодрее и здоровее казалась при этом Кэт.
Вообще говоря, я даже немного пожалел, когда, наконец, вскоре после десяти раздался дверной звонок. Я как раз приступил к мытью посуды, а Кэт прикурила сигаретку, все еще предаваясь фантазиям о своем будущем и даже в какой-то момент пошутив, как наймет меня работать у себя в доме. Я никогда не думал об этом — о нас с Кэт под одной крышей, взрослых, ни разу не представлял такого в моих мечтаниях и тем более не мог вызвать такого в своем сознании тем утром, настолько за гранью реальности все это представало. Полагаю, воображение у нее было намного лучше моего — да и как иначе, стоит мне об этом подумать.
Вытирая руки кухонным полотенцем, я побежал к двери, а Кэт пошутила, что я ее дворецкий, и велела мне отсылать всех прочь, кто бы там ни был, поскольку она сегодня утром «не принимает». Впрочем, она вся подобралась, едва я вошел в кухню с двумя детектив-сержантами: она все еще не была до конца уверена, что их визит никак с нею не связан. Я представил их Кэт, и мы все вчетвером поднялись в гостиную, где все расселись. Я же бегом направился в кабинет доктора за портретом сестры Хантер. Когда я вернулся, Айзексоны спорили — в своей вспыльчивой, ребячливой манере — о точном соотношении химикалий, кои предполагалось использовать в анализе, проведенном Люциусом этим утром. Кэт сидела на краешке того же мягкого кресла, что и раньше, поглядывая на обоих мужчин и, не сомневаюсь, дивясь, что же это за фараоны, которые так себя ведут.
— Ну вот, пожалуйста, — объявил я, подавая вставшей Кэт рисунок. — Кэт, скажи детектив-сержантам, кто эта женщина.
Она быстро оглядела нас троих, потом пробормотала, обращаясь ко мне:
— Но я же сказала —
— Да, — прошептал я в ответ, — а теперь скажи им. Не волнуйся, тебе это никаких неприятностей не причинит.
— Гу-Гу Ноксом? — уточнил Маркус. — Вожаком Гудзонских Пыльников?
— Верно, — отозвалась Кэт. — Она его девчонка. Ну, то есть одна из. У них у всех полным-полно, у этих сукиных… — Тут Кэт осеклась и оборвала свое раздражение. — Но сейчас она у него любимица.
— Еще б не уверена — глаза-то у меня есть, как по-вашему?
Люциус осторожно покосился на Кэт:
— А вы случайно не знаете, где эта Либби Хатч живет?
Кэт быстро кивнула:
— Прямо за углом сразу после логова Пыльников. Бетьюн-стрит. Она замужем за каким-то старым хрычом, но тот уже одной ногой в могиле, так что она вынуждена сама за собой следить. У Гу-Гу их дом под защитой банды — любого, кто только приглядываться к этому месту начнет, можно в реке искать. И уж точно они там не купаться будут, если вы меня понимаете.
Люциус собирался было еще что-то сказать, но Маркус поднял палец:
— Мисс Девлин? Прошу прощения… не оставите ли нас втроем на секунду?
— Конечно, — ответила Кэт, смутившись как никогда. Потом спросила, повернувшись ко мне: — Стиви, я, пожалуй, схожу вниз, приму еще этого снадобья?
— О чем разговор, Кэт, — кивнул я. — Оно там, где мы его и оставили.
Она постаралась улыбнуться детектив-сержантам:
— Желудок немного побаливает. Я скоро вернусь.
Люциус и Маркус проводили ее взглядами; Люциуса, казалось, новость привела в ажитацию. Он было собирался выразить свое волнение, но снова вмешался Маркус:
— Стиви, откуда нам знать, что этой девушке можно верить?
Вопрос отчасти застал меня врасплох.
