Две недели он ходил вокруг, приглядываясь к малочисленной охране в количестве трех человек, ее распорядкам. Например, подметил, что по средам и пятницам, около полуночи, один из охранников садится в черный «мерседес» и уезжает на полчаса. А возвращается с дамами. Кажется, их было трое. Нашел момент и познакомился с двумя псами, охранявшими дом. Одного звали Федор, другого — Джек.
В полночь Савинов оставил гостиницу и отправился в путешествие на купленном накануне велосипеде. В саквояже у него была «кошка», ломик, пистолет с глушителем и прочая разбойничья утварь, призванная помочь грабителю и максимально обезопасить его. Кожаная куртка, перчатки, маска. Жизнью своей, как великим чудом, подарком свыше, он давно не дорожил, поэтому ничего не боялся. Ни возможной схватки, ни других последствий его предприятия. А вот желание выполнить задуманное было воистину велико!
Вдоль забора бегали два его шапошных знакомца — овчарки, которых выпускали по ночам. Каждой из них досталось по хорошему куску мяса с необходимой дозой отравы для мгновенной смерти.
Спортивная выучка помогла Савинову: он ловко перемахнул через забор, два собачьих трупа перетащил в кусты и постарался как можно незаметнее пройти те участки, где его могли поймать в объектив камеры наблюдения.
Савинов знал, что около полуночи один из трех охранников, находящихся в доме, выходит на обход участка. Набросив тряпку на камеру, он дожидался его около парадного, но оцепенел, когда открылась освещенная дверь и вышли два здоровяка в костюмах.
— Хорошая ночь, — сказал один из охранников. — Сладкая такая! Сладенькая…
— Сейчас бы с телкой на пляж — с одной из хозяйских, а потом в море — нагишом, — откликнулся другой. — С другой уже. И только потом уже в постельку. С третьей. И долдонить дорогую шлюху до утра, пока зенки у нее не вылезут.
— Не возбуждай без нужды, — в голосе первого зазвучала усмешка. — Хотя мыслишь правильно. Но мы для них рылом не вышли. У него каждая — примадонна. И бабки они любят не те, которыми ты со своими дурехами расплачиваешься.
— Кстати, на счет бабок. — Последовал едкий смешок. — Они у тебя еще остались? Или ты все — пас? Лапки кверху?
— Хрен тебе — пас. Вот привезу его шлюх и отыграюсь.
— Ну-ну, попробуй, — вновь усмехнулся второй охранник. — Мне лишние не помешают… Слушай, а где Федор и Джек? Где эти долбанные твари?
— Да спят где-нибудь. И хрен с ними — надоели. Обжоры чертовы.
— Ладно, поезжай. А я на кухню. Схаваю отбивную, пока хозяин в ванной. Только покурю сначала…
Один из охранников пошел по аллее к гаражам, другой достал из кармана сигареты, неторопливо закурил. Когда машина выезжала за ворота, оставшийся охранник уже готов был выбросить бычок в урну. И едва он обошел дверь, как Савинов вынырнул из темноты. Призраком выскочил! Резко замахнувшись, он ударил бугая точно по темечку, с оттяжкой. Удар ломиком был сильным, возможно, смертельным, но Савинов уже не думал об этом. Работать нужно было чисто, с минимальным риском. Тело он сбросил со ступенек, затем вернулся, тихонько приоткрыл дверь. Слабо освещенный коридор был пуст. Держа в руках пистолет, он вошел в дом.
Холл, лестница наверх. Здесь ждет его еще один. И хозяин. С первым он будет безжалостен. Со вторым хотелось бы поговорить. Ему это необходимо. Оглядевшись, он зацепил взглядом камеру и тотчас взмолился, чтобы остаться незамеченным. Прислушался. В конце коридора приглушенно гремела посуда. На носочках, плюнув на возможные другие камеры, Савинов прокрался по коридору и остановился у открытой двери, из-за которой доносилось аппетитное чавканье. Минута, другая. Лицо под маской вспотело, — пот застилал глаза, — и он содрал ее. Сколько же можно жрать, а кто будет охранять дом внутри? Вот светлая полоска между дверью и косяком, где были петли, стала темной. Огромной тенью в коридор вышел человек, потирая, как видно, масляные руки. Он хотел было что-то напеть, но вместо того резко повернулся назад, открыл рот и получил сокрушительный удар ломиком между бровей. Вобрал в себя воздух, попятился и всей монументальной тушей рухнул на ковер.
— Так-то лучше, — процедил Савинов, но тотчас испугался собственного голоса. Несокрушимая сталь пела в нем! Таким голосом, верно, выносят смертный приговор.
Теперь наверх, решил он. И не куда-нибудь — в душ! На втором этаже, совсем рядом, слышалось бульканье. Ванная?! Она самая!
Он остановился у ванной комнаты в ту самую минуту, когда вода резко затихла. Пение. Мужской голос. Хорошо поставленный баритон. Кажется, знакомый. Да и как же иначе?! Хозяин вытирается… Вот дверь открылась.
Савинов держал пистолет и был готов в любое мгновение нажать на спуск.
Хозяин прошелся босиком по ковру и вдруг остановился:
— Зубов?
Видимо, так звали одного из охранников. Савинов в который уже раз за сегодняшний день оцепенел. Да, он знал этот голос!
— Не оборачивайтесь, — быстро выпалил он.
— Кто вы?
Несомненно это был
— Стой, как стоишь!
— Кто вы, — повторил хозяин дома, — вор?
