- Да она его сковородкой огрела, - отмахнулась я, - и, пока он без чувств валялся, схватила пистолет мужа, машину моего мужа, и за мной.
- Вы вообще уверены, что не хотите её сажать? – усомнился участковый, - может, переоформить бумаги, пока не поздно?
- Не надо, - отмахнулась я, - иначе я буду чувствовать себя последней дрянью. Я просто провоцировала её похудеть, действуя на нервы, и заодно её мужу мстила. А в результате довела её до нервного срыва...
... Потом Дима отвёз меня в аэропорт, и уехал по своим делам...
- Подумай о приятном! Легко сказать! – и я откинулась на спинку, - девушка, а у вас конфеты есть шоколадные? – спросила я стюардессу.
- Конечно, есть, - кивнула она, - какие предпочитаете? Белый, тёмный или молочный шоколад?
- Белый, и чёрный с острой, сливочной начинкой.
- Сейчас принесу, - кивнула стюардесса, и через две минуты вернулась с двумя коробками, и я отправила в рот шоколадку.
- Буду нервы хоть этим успокаивать, - вздохнула я, - девушка, принесите мне ещё винограда. Чёрного и кислого.
Остаток полёта я усиленно работала челюстями, и, когда объявили посадку, вздохнула с облегчением.
Ну, не люблю я самолёты!
В Париже лил проливной дождь.
Но мы были предупреждены. Я, собираясь дома, заглянула в Интернет, и, узнав прогноз погоды, положила себе в сумку плащ, что тут же посоветовала Миле и Генриху.
И, когда мы прошли таможню, то увидели Кристину и Армана. Последний не только наш инвестор, но и любовник Кристины. Именно она нас свела какие-то время назад, когда нам позарез нужен был инвестор.
Арман – очень богатый человек, со связями, и для нас он просто находка.
- Добрый вечер, моя красавица, - воскликнул Арман, и галантно поцеловал мне руку.
- И вам не хворать, - не поддержала я французской речи, переходя на английский.
- Не желаю слышать этот язык! – возмущённо воскликнул Арман, - Эвива! Вы идёте путём наименьшего сопротивления! Вам легче говорить на английском, но ведь будет проще, если вы выучите французский.
- Хорошо! – фыркнула я, - поговорим на смеси французского и испанского. Потому что у меня уже каша в голове от двух изучаемых языков.
- Эта, - ткнула в меня пальцем Кристина, - никогда не идёт по
пути наименьшего сопротивления. Видишь, сразу два языка учит.
- Да, и в голове каша, - кивнул Арман, - мы будем говорить только на французском. Я буду вас учить.
- И я! – весело воскликнула Кристина.
- Вот свалились на мою голову! – сердито сказала я, и впятером мы сели в « Пежо » Кристины.
Вдалеке светилась огнями Эйфелева башня, а по окнам машины текли струйки дождя.
Я как-то сразу успокоилась.
Надеюсь, Макс мне по приезду всё расскажет. Интересно, а Марфу-то он за что? Что сделала или услышала зечка?
- Эй, ты меня слышала? – донеслось до меня, и я очнулась.
- Что такое?
- Очнись, ты в Париже, - засмеялась Кристина, и погрустнела, - Вик, у меня Поль умер.
- Как? – ахнула я.
- Инфаркт, - вздохнула подруга, - у него сердце слабое было.
- Бедная моя! – воскликнула я, - мне так жаль тебя.
- Ничего, - улыбнулась Кристина, - мне жаль его, но это уже четвёртый инфаркт, и он стал решающим. Мы были готовы к этому, - и она отвела глаза.
Я сразу поняла, что что-то тут не так, и решила потом расспросить подругу.
Мила и Кристина трещали всю дорогу, Генрих читал какие-то рукописи, пересматривал бумаги, а я просто смотрела на проплывающий мимо пейзаж.
Промелькнула Эйфелева башня, Елисейские поля, Триумфальная арка, всё в огнях...
Потом мы съехали на трассу, и немного углубились, петляя по кварталам. Особняк, я бы даже сказала, дворец, Кристины, с огромной прилегающей территорией, был красив до невероятного.
Машина подъехала к парадному, шофёр открыл нам дверь, и мы вошли внутрь.
Дом был громадным, и, пока Генрих общался с Арманом, я поднялась вместе с лакеем, который нёс мои вещи, в спальню.
Когда молодой человек ушёл, я сменила брючный костюм на элегантное платье. Обтягивающее миди, горловина « кармен »,
и рукава три четверти в фиолетовом цвете.
Любимые, остроносые шпильки на тонком и высоком каблуке, тоже фиолетовые, « вечерний » макияж, и я спустилась вниз, взяв с собой белый плащ, фиолетовую сумочку, и сумку с ноутбуком и документами.
- Ну, что, поехали? – воскликнула я, подойдя к ним.
- Поехали, - кивнул Генрих, - ты всё взяла?
- Конечно, - ответила я, а Арман воскликнул:
- Как вы смотрите на то, чтобы потом обмыть сделку? Вы, как закончите, позвоните, или, мы просто подъедем через два часа.