Натали улыбнулась подруге, и они продолжили собираться домой. Радостное предвкушение встречи с любимыми не давало им успокоиться, да и ночь перед дорогой выдалась тревожной, хотя девушки так и спали вместе. Натали не смогла бы уснуть в пустой комнате. А утром обеим не терпелось забраться на лошадей и отправиться в путь. Рэф нашел девушек полностью готовых к отъезду, а кухарка собрала большой куль с едой. Поблагодарив всех за радушный прием, девушки пообещали, что теперь, когда их вражда закончилась и настали мирные дни, смогут приезжать в гости. За столь короткий срок они успели всем очень полюбиться и простые люди были благодарны, что теперь их сыновья вместо войны смогут заниматься мирными делами на благо процветания клана. Их караван провожали до самых ворот. Натали по обыкновению взобралась на любимого коня, который немного застоялся и не сразу заметила, что позади них едет телега и еще несколько воинов охраны. В телеге была установлена клетка, в которой везли Катриону. Было решено привезти ее к Йену, чтобы он сам смог придать ее суду и, если бы она не начала кричать при виде Натали, возможно, девушка и не заметила бы ее.
– Господи милостивый, – промолвила она, – зачем мы везем ее с собой?
– Йен должен судить ее за предательство, попытку убить тебя и убийство своей первой жены и дочери. Это очень серьезно, ее ждет смерть, но казнь должен выбрать лэрд и казнить ее нужно на той земле, которую она предала, – объяснил Рэф.
– А без казни никак нельзя? – С надеждой спросила девушка.
– Боюсь, что никак. Ты же видишь, что она помешалась и теперь отпускать ее нельзя, мы не знаем, что она может сделать.
– Но можно же что-нибудь придумать, – не сдавалась девушка.
– Не думаю.
– Может быть мы просто посадим ее в башню?
– И тогда она потеряет остатки разума.
Натали должна была признать, что он прав, что в заключении ей станет только хуже, а отпускать на свободу или предавать ее изгнанию очень опасно и единственный выход, который оставался – это смерть. Клетку с девушкой накрыли мешковиной, чтобы заглушить крики безумной, но скоро силы оставили ее и крики сменились всхлипываниями, а к середине пути и они прекратились. Обратная дорога заняла меньше времени, они ехали напрямик, почти не останавливаясь.
Натали очень хотела увидеть мужа, заключить его в объятия, рассказать, как сильно за него боялась и как надеялась, что все образуется. Но вместе с тем боялась найти его тело, истерзанное пытками, боялась узнать, что сделал с ним ее дядя. Это жгло ее изнутри, нервы были натянуты как струны и чем ближе был дом, тем сильнее ее одолевали страхи. Будет ли он ее прежним мужем, смелым воином, которого она так любила, не озлобится ли он на нее, не сочтет ли родственные связи с Генри достаточным доказательством и ее вины. Эти мысли словно осы жалили ее, не давая думать больше ни о чем. Давина, ехавшая рядом, заметила, что еще чуть-чуть и Натали вывалится из седла, потому что ерзала на коне как на стуле и совершенно не следила за дорогой.
– Что с тобой? – не выдержала девушка.
От звука ее голоса подруга подпрыгнула и действительно чуть было не свалилась на землю.
– Со мной все хорошо, – крайне неубедительно соврала Натали.
– Можешь даже не пытаться, я вижу тебя насквозь!
– О Боже мой, я не могу туда вернуться.
– Как это не можешь? Ты сошла с ума или сумасшествие Катрионы передалось и тебе, может быть оно заразно? Конечно, ты можешь и должна вернуться! Какая муха тебя укусила?
– Ты не понимаешь, во всех наших несчастьях виновата я и Йен должен меня изгнать, так всем вам будет лучше.
– Ты точно заболела. Говорят, что сумасшествие не заразно, но я готова поспорить. С чего ты взяла эти глупости?
– Все очень просто, если бы не я, Генри никогда бы не поехал в Шотландию, не велел бы меня выкрасть и тем самым не развязал бы войну вместо заключения мира. Не захватил бы Йена в плен, где его пытали, это я во всем виновата. У меня не хватает смелости предстать перед ним лично, я не смогу смотреть в его глаза, если в них будет читаться ненависть, лучше уйду до того, как ему придется меня изгнать.
– Наверное это у тебя из-за беременности мозги перевернулись. Я слышала, как о таком Мораг говорила, подобное случается, не часто и не в таком виде как у тебя, но бывает.
– Да при чем здесь это?
– А при том, что там, позади нас, в повозке едет женщина, убившая жену моего брата и его маленькую дочку, а потом попытавшаяся убить и тебя. Она пошла на сговор с врагом и выдала ему тебя, обставив все это как нападение другого клана и сорвала мирное соглашение, в чем я ей даже немного благодарна. После того, как очередная попытка отправить тебя на тот свет не увенчалась успехом, она подалась к нашим врагам и обманом заставила их объединиться и напасть на нас. Так скажи мне, где твоя вина в том, что ты попала между молотом и наковальней? Ты же беременная поехала к главе клана, с которым шла война, вызволять своего мужа и моего жениха из беды. Да, за это тебя постигнет страшная кара, я даже сейчас могу сказать тебе, какая! – На последних словах Давина уже начала неподдельно злиться.
