Ангелина вздрогнула от этого фамильярного обращения, но попыталась выдавить улыбку. В ее глазах промелькнула сложная гамма чувств: от раздражения до какой-то затаенной боли.
– А помнишь, как мы вместе учились? – продолжала Надежда, улыбаясь каким-то своим мыслям. – Помню, какой ты умницей была, все учителя тебя хвалили – отличница!
Ее слова падали тяжелыми каплями, как будто она специально подбирала их так, чтобы больнее ударить.
– Куда только подевалась та девчонка! – покачала головой красавица с показным сожалением. – А такая талантливая – гербарии свои помнишь? Как картины, ей-богу! А теперь, небось, загоняла тебя Варвара, как Сидорову козу?..
Ангелина тяжело вздохнула, вспоминая школьные дни. Теперь с цветами покончено навсегда – та давняя страсть к гербариям давно осталась в прошлом.
Вспомнив мимолетно, что однажды, уже будучи замужем за Михаилом, она почувствовала ностальгию и собрала небольшой букет полевых цветов. Сидя на кухне, она с нежностью перебирала их лепестки, вспоминая свои школьные годы, когда создание гербариев приносило ей столько радости.
Внезапный грохот за спиной заставил ее вздрогнуть. В дверях стояла свекровь, и взгляд ее метал молнии.
– Что это ты тут устроила? – взревела старуха, надвигаясь на сноху.
Не успела Ангелина и слова сказать, как свекровь выхватила букет из ее рук. С силой провела им по лицу невестки, размазывая пыльцу и лепестки по щекам, затем снова и снова, сопровождая действия яростным криком:
– Мусора во дворе столько – ступить некуда, а эта бездельница лепестки считать примостилась! – С этими словами она швырнула букет в окно, и нежные цветы разлетелись по двору…
– Тише, – прошептала Ангелина, поглядывая по сторонам, – Варвара услышит, никому не поздоровится…
– Да плевать я хотела на твою Варвару! – вспыхнула красавица. – Все соки из тебя выжала – бессердечная баба, злее и опаснее бешеной псины.
Ее взгляд упал на Антошку, который плелся рядом со скучающим видом.
– Какой он у тебя не по годам маленький, – продолжила она, – будто мальчик-с-пальчик, совсем не в отцовскую породу вышел, – при этих словах Ангелина заметно напряглась, ее пальцы судорожно сжали край ручки сумки. – Но зато премиленький такой! – добавила Надежда, пытаясь смягчить впечатление от своих слов – к детям она относилась не то чтобы жестоко. – Хоть с этим тебе повезло…
Во всем разговоре в ее глазах читалось презрение к той жизни, которую вела Ангелина. Антошка ничего не замечал, но его мать вся сжалась под тяжестью этих слов, чувствуя, как внутри снова поднимается волна отчаяния.
Они остановились возле многоэтажки, в которой проживала Надежда. Взгляд красавицы скользнул по скромной одежде Ангелины, по ее потухшим глазам, и в голосе прорезалась откровенная издевка:
– Господи, да на кого же ты стала похожа!
Надежда стояла, устало переминаясь с ноги на ногу, стараясь привлечь внимание к своим лабутенам на невероятно высоком каблуке. Ее дорогая сумочка от известного бренда небрежно свисала с локтя, а на пальце левой руки поблескивало толстое обручальное кольцо.
Рядом с ней Ангелина, одетая в застиранный свитер и потрепанные джинсы, выглядела подростком. В руках она держала пакет с продуктами, которые с трудом смогла купить на свою небольшую зарплату. Ее жизнь состояла из бесконечной череды забот: работа, детский сад, дом – день ото дня одно и то же.
Надежда же, казалось, жила в другом мире: просторная трехкомнатная квартира после развода, престижная работа секретарем в поселковой администрации, где, по слухам, крутила романы с начальством. Она ни в чем себе не отказывала: дорогие наряды, салоны красоты, путешествия. Но за всей этой блестящей оболочкой скрывалась пустота. Вся ее жизнь проходила в череде мимолетных удовольствий и пустых развлечений, в то время как Ангелина, несмотря на свою скромную жизнь, сохраняла в себе ту самую девочку с горящими глазами, которая когда-то собирала свои великолепные гербарии.
Их встреча только усилила контраст между их жизнями: одна – яркая, но лишенная глубокого смысла, а другая – тихая, но полная внутреннего содержания.
Надежда всегда притягивала взгляды, и в школе все девчонки мечтали с ней дружить, а мальчишки – встречаться. После окончания школы она уехала в город и выучилась на секретаря-референта, хотя учеба давалась ей с трудом – ее больше интересовали вечерние прогулки и встречи с парнями, чем конспекты и лекции.
Работать по специальности она не любила, да и делала это из рук вон плохо. Но природная красота и умение очаровывать помогали ей находить выход из любой ситуации. Когда она устроилась секретарем в поселковую мэрию, то уже в первый рабочий день сумела расположить к себе сына главы администрации и в тот же вечер пригласила его к себе на приватный ужин.