– Я почти уверен – они даже не догадываются, что в системе имеется сеть и что она находится под нашим контролем, – добавил Кэмпбелл. – Они думают, что суда остальных четырех миров смогут войти в систему и выступить против нас. Исходя из этого предположения, они могли решить, что им выгодна любая отсрочка, любой ценой.
– Во всяком случае, запуск и возвращение истребителей отнимет у нас время, которое я не хотел бы тратить понапрасну, – заключил Ллеши.
– Куда вы спешите? – спросил Телтхорст. – Вы ведь сами сказали, что эмпиреанцы бессильны против нас. – Он с подозрением прищурил глаза. – Или вас беспокоит лайнер, который стартовал с орбиты Лорелеи час назад, как только «Громовая голова» уничтожила их почтовый ускоритель?
Ллеши надеялся, что Телтхорст не узнает о запуске эмпиреанского корабля.
– Да, и лайнер тоже, – ответил он, стараясь говорить ровным голосом. – Естественно, мы хотели бы отрезать ему путь к главному ускорителю, прежде чем он уйдет в гиперпространство.
– Зачем вам это? – спросил Телтхорст. – При их нынешнем ускорении они окажутся там практически одновременно с нами. Но еще задолго до этого момента остальные миры Эмпиреи, не дождавшись курьерского судна, догадаются о нашем вторжении в систему. Я не вижу смысла беспокоиться из-за того, что Лорелея сумеет подтвердить весть о нашем появлении. – Он приподнял бровь. – Если, конечно, у вас нет иных планов относительно лайнера. Или «Комитаджи».
Адъютор оказался сообразительнее, чем можно было подумать.
– Какие еще планы могут у нас быть? – спросил Ллеши.
– Надеюсь, никаких, – мрачно отозвался Телтхорст.
– Моя задача состоит в том, чтобы вернуть Эмпирею под юрисдикцию и защиту Пакса, – возразил коммодор, отчетливо произнося каждое слово. – Захват и удержание Лорелеи – всего лишь первый стратегический этап.
– Лорелея – это козырная карта, которую мы пустим в ход, чтобы вынудить эмпиреанцев открыть для нас оставшиеся планеты, – отрезал Телтхорст. – То есть вам надлежит закрепиться на этом рубеже и ждать, наращивая свои силы.
– Группа «Баланики» уже удерживает сеть, – возразил Ллеши. – Группа «Македонии», достигнув Лорелеи, перекроет все космические трассы вокруг планеты. В приказах, которые я получил, ничего не говорится об ожидании.
– Понимаю, – отозвался Телтхорст леденяще-невозмутимым голосом. – Иными словами, победа, можно считать, уже у нас в руках. Поздравляю. И что вы намерены делать дальше?
Ллеши посмотрел ему прямо в глаза.
– Верховный Совет называет нашу миссию спасательной операцией, – сказал он. – Перед нами официально поставлена задача избавить народы Эмпиреи от надвигающегося вторжения ангелов.
– И?.. – продолжал допытываться Адъютор.
– Будет логично, если мы перенесем боевые действия на территорию настоящего врага, – сказал Ллеши. – Следовательно, я направлю «Комитаджи» к Ангелмассе.
Лицо Телтхорста окаменело.
– Что? – выкрикнул он. – Если вы думаете, что вам позволят… – Он проглотил окончание фразы и, вновь взяв себя в руки, сказал: – Это безумство. Вы помните, что случилось во время нашего первого полета к Лорелее. Едва мы появимся в сети Серафа, нас опять вышвырнут прочь.
– Знаю. – Ллеши указал на дисплей. – Именно поэтому я хочу захватить этот лайнер.
– Объяснитесь.
– На борту «Комитаджи» приказы отдаю я, – напомнил Ллеши. – Вы сами все увидите, как только мы окажемся на месте.
Телтхорст смотрел на него с нескрываемой ненавистью.
– Я тоже мог бы отдавать приказы, коммодор, – негромко произнес он. – Я мог бы обвинить вас в служебном несоответствии и принять командование на себя. Как бы ни была велика ваша неприязнь к Адъюторам, я обладаю всеми необходимыми полномочиями, чтобы сделать это.
– Возможно, – ответил Ллеши. – Но только если вы сможете убедить экипаж подчиняться вам. И если докажете свои обвинения.
Несколько долгих мгновений тишину нарушал лишь негромкий гул голосов, доносившихся с мостика. Наверху, на галерее, все молчали, и у Ллеши возникло странное ощущение, будто окружающие, как один, затаили дыхание. Возможно, это действительно было так.
– Через два дня доказательства будут не нужны, – сказал наконец Телтхорст. – Вы сами продемонстрируете свою некомпетентность.
– Может быть, – ответил Ллеши. – Но до той поры я остаюсь капитаном корабля.
Глаза Телтхорста метнулись к тактическому дисплею.
– И как же капитан намерен поступить с прибывающими кораблями противника?
– Я уже объяснял вам, – сказал Ллеши. – Кэмпбелл?
– Мы взяли их под прицел «Гарпий», – доложил Кэмпбелл. Ллеши уловил в его голосе облегчение.
– Стреляйте, – приказал Ллеши, не спуская глаз с Адъютора.
– Слушаюсь, сэр!
Орнина покачала головой.
– Кто бы мог поверить такому? – пробормотала она.
– Мне и самому верится с трудом, – признался Коста, пытаясь угадать по ее лицу и лицу Ханана, что они думают на самом деле. Однако, имея за плечами всего два месяца подготовки, он был никудышным физиономистом. – Даже если я неправильно интерпретирую факты, они говорят сами за себя.
