Поведение молодой матери привело Анжелину в замешательство. Сев на стул рядом с кроватью, она внимательно посмотрела креолке прямо в глаза.
— Чего вы боитесь, Фиделия? — тихо спросила Анжелина. — Что произошло? Вы боялись, что у вас родится белый ребенок? Почему? Вы можете сказать мне правду. Я принесла клятву и никому не расскажу о том, в чем вы признаетесь.
Отвернувшись, креолка тяжело вздохнула. Но, преисполненная благодарности к Анжелине, которая уступила всем ее капризам, Фиделия прогнала прочь тревогу и даже перешла на «ты».
— Ты встала передо мной на колени, чтобы принять моего ребенка. Ты славная, добрая. Мой господин, муж моей госпожи, овладевает мной, когда ему хочется. Я боялась, что малышка будет белой.
— Боже мой, моя бедная Фиделия! Этому мужчине, вашему хозяину, должно быть стыдно! — возмутилась Анжелина. — Вам надо пожаловаться мужу.
— Мой муж старый. Он притворяется, что ничего не замечает.
В эту минуту в комнату вошла монахиня с подносом, на котором стояла тарелка с горячим бульоном. Креолка сразу же прижала палец к губам, напоминая Анжелине, что та должна молчать.
— Не бойтесь, Фиделия, — прошептала Анжелина. — Вам надо набираться сил. Монахиня покормит вас. А я навешу вашу маленькую Анну-Марию.
Доктор Кост, взяв Анжелину за руку, помог ей выйти из вагона. Сияя от радости, он показал рукой сначала на заснеженные горы, окружавшие вокзал, а потом на окрестные дома.
— Добро пожаловать в Люшон, моя дорогая! Наконец-то вы приехали ко мне, в жемчужину Пиренеев, как называл Люшон известный исследователь наших вершин и долин Шоссенк.
— Я тоже очень рада, — весело ответила Анжелина. — Возьмите меня под руку, мой дражайший.
Анжелина и Филипп рассмеялись. Они сели в поезд в Монтрежо, маленьком соседнем городке, и во время всей поездки пребывали в прекрасном настроении, несмотря на тайные страхи. Анжелина спрашивала себя, как встретит ее семья жениха. Филиппа же беспокоил ершистый характер матери. Он также немного опасался шуточек своего зятя Дидье, супруга Мари-Пьер.
— Теперь нам осталось только дождаться коляски. Нашего кучера зовут Пьеро. Он немного глуховат, зато умело и ласково управляет лошадьми. Мои родители наняли Пьеро, когда ему было всего четырнадцать лет.
— Филипп, прошу вас, расскажите мне о ваших родственниках, с которыми мне придется встретиться.
— Это бесполезно. К тому же вы лишитесь своей непосредственности. В моем доме у вас уже есть союзница — моя сестра. Она часто спрашивает меня о вас. О, Анжелина! Как я счастлив! Сегодня вечером мы выпьем шампанское в вашу честь. Небольшое торжество, которое устроили сестры в больнице Тарба, прошло весьма мило, но ему не хватало размаха.
Анжелина ничего не ответила. Мадам Гарсия и сестры, сожалевшие об отъезде Анжелины, были очень добры к ней. Но печенья было мало, а из напитков подавали только сироп, разбавленный водой, и чай. И все же это торжество оставило у молодой повитухи самые приятные воспоминания.
Последнюю неделю Анжелина провела в приготовлениях к поездке в Люшон. С помощью Жерсанды и Октавии она перебрала туалеты и белье. Это были поистине прекрасные часы. К тому же тогда Анжелине выпала возможность полностью посвятить себя маленькому Анри. Она буквально задыхалась от восторга, стоило малышу рассмеяться или неумело поцеловать ее.
«Анри исполнилось два года, и мы с Жерсандой и Октавией отметили это событие, — вспоминала она. — Он задул свечи, а потом радостно захлопал в ладоши».
— Анжелина, о чем вы думаете? — спросил Филипп.
— О том, что меня ждет. Признаюсь, я очень волнуюсь.
— И совершенно напрасно, уверяю вас. А вот и наш Пьеро! Справа. Посмотрите на лошадь. Великолепное животное, правда? Это андалусский мерин. Моя мать купила его в прошлом году.
Пьеро, мужчина с морщинистым лицом и редкими седыми волосами, приподнял шляпу. Поздоровавшись с доктором, он занялся багажом.
— Садитесь! — крикнул кучер вскорости. — Мадам сгорает от нетерпения.
— Мать всегда сгорает от нетерпения, — заметил Филипп. — Усаживайтесь поудобней, Анжелина. Хотите, я подниму верх? Сейчас очень ветрено.
— Но тогда я почти ничего не увижу, — возразила Анжелина. — А я хочу полюбоваться знаменитой жемчужиной Пиренеев.
Коляска тронулась с места. Сначала они ехали по узкой улице, по обеим сторонам которой располагались магазинчики. Вскоре показалась массивная белая каменная церковь с квадратной колокольней.
