Лилиан поспешно вышел и закрыл за мной дверь. И только сейчас, когда я остался один, я наконец-то, смог пролить слезы. Мне было безумно больно и стыдно перед моим сыном за то, что бросил его так надолго. За то, что не был с ним в его первый год жизни. За то, что его воспитывали чужие существа. За то, что не мог успокоить его по ночам, убаюкать, обнять, поцеловать, накормить и выйти с ним на прогулку, читая сказки о приключениях. Я очень сожалел и поклялся себе в том, что больше никогда в жизни и ни за что не отпущу его от себя, что нас никто не разлучит, и я никогда не покину его.
Кассий пошевелился во сне и, поморщившись, открыл глаза. Я застыл на месте, вглядываясь в его темно-синие глаза. Они совсем не изменились. Малыш сначала удивленно посмотрел на меня, а потом улыбнулся мне и протянув свои маленькие ладошки к моему лицу, прижал их к моим мокрым щекам.
— Папа.
— Что? — тихо прошептал я, боясь, что ослышался. — Что ты сказал, малыш?
— Папа — так же тихо прошептал Кассий, отведя от меня взгляд в сторону.
— Ты… помнишь меня?
— Я не переставал рассказывать ему о тебе. Он очень болтлив для своих лет, однако сейчас от шока, видимо, как и я пребывает в молчании.
Кассий зевнув, потянулся у меня в руках. Я сел на мягкий ковер и посадил сына рядом с собой, целуя его в лобик. Обернувшись к двери, я увидел Эленандора и улыбка радости появилась на моем лице. Я соскучился по всем. Я вернулся в мир живых. В свет. Альфа сел рядом со мной, обняв меня одной рукой, а другой прижав к себе сына.
— Я рад, что ты вернулся. Мы все очень рады.
— Я тоже рад вернуться.
— Домой?
Я удивленно бросил на него теплый взгляд, а потом кивнул уткнувшись своим лбом ему в лоб. Альфа улыбнулся.
— Как ты? Почему задержался на столько? От тебя не было вестей.
— Моя жизнь снова превратилась в ад, но я не хочу говорить об этом сейчас. Я расскажу тебе завтра, а пока я желаю насладиться сыном, которого до этого мог только во снах видеть.
— Как и он тебя.
Мы снова улыбнулись друг другу и Эленандр тепло поцеловал меня в лоб, после чего посадил сына к себе на колени, а тот потянул свои ладошки ко мне. Я со слезами на глазах наклонился к сыну лицом и почувствовав его теплые ручки на своих мокрых щеках понял, что он забрал всю мою боль без остатка. Он подарил мне жизнь. Он подарил мне любовь. Он подарил мне весь мир и теперь я готов был отдать ему все, чего он заслуживал и все, что я мог дать. А я собираюсь дать всю империю адских земель. И теперь смогу. Потому что у меня есть стимул и силы.
