- Вот и он удивился. Наверняка тогда подумал: «Да что он там мог понять? Он в жизни-то ничего путного не сделал!» И он был прав. Сделал я действительно мало. Но это, как посмотреть. Да, над моей кандидатской смеялись все, а докторскую вообще не дали защитить. Он тогда перебил меня. Обожал говорить: «Дед, не начинай!» Обычно после этого всегда требовал денег, а тут просто попросил заткнуться. Но я продолжил. Я сказал ему: «Внук, самое важное в жизни - ошибки. Это всё, что мы можем дать себе и мирозданию. Умирая и возрождаясь, мы утрачиваем все наши знания, победы, находки. Как ни печально, но они не записываются в информационную матрицу Вселенной. Ибо они бессмысленны. Они лишь побочный продукт нашего развития. Все наши науки - пшик для вселенского разума. Единственная ценность - ростки нашей души. Наши душевные болести и промахи, наши потери и рухнувшие надежды - всё, что заставляет ощущать душу. Только это и ценно! Отсюда вывод простой - живи и действуй! Не давай душе простоя! Что бы ни произошло, всё бессмысленно. Только шрамы нашей души важны. Ибо знания души - только это и ценно для вселенной. Они - её суть, а всё мироздание - это душа Бога. И наши души её частички. Хочешь быть благословен? Так не дай умолкнуть музыке своей души...»
- И что было дальше? - осторожно вставил Андрий.
- Внук сказал с насмешкой: «Хотел бы я услышать эту музыку. Но, видимо, это возможно только твоими ушами». После этого я осознал, что смотрю на своё тело его глазами. Он тоже это понял. Я был в ужасе, представляя в каком положении оказался внук. Но даже близость смерти не дала росткам благости распуститься в его душе. Да... Сквернословия я тогда наслушался поболе, чем за все мои года. И что самое печальное - в этот раз совершенно заслуженно.
Парень вздохнул и совершенно спокойным голосом произнёс:
- Прошу вас, простить меня! Я не оправдал ваших ожиданий.
Ангелы только молча хлопали глазами, силясь понять смысл сказанного. Но умерший тут же пояснил:
- Я не смогу отправиться в райскую обитель. Я нужен моему внуку. Именно поэтому я совершил самоубийство. За грехи мои я должен ответить сам...
***
- Вот так оба моих отличника провалили самостоятельную работу... - закончил Тимофей доклад Архангелу Гавриилу.
- Ну, не сгущай краски! Работа была изначально задумана на порядок сложнее, чем описано в условии. Дай ты им задачу такого же уровня, что и прочим, то гордился бы сейчас их пятёрками. Только смысл в этих оценках? Да, формально они не справились. Но по сути проявили неукоснительное следование долгу.
- Взаимовыручка... - устало пробормотал Тимофей.
- Именно! - Архангел поднялся и пожал морщинистую ладонь учителя, - Поздравляю, Тимофей! Твоя задумка опять сработала!
5. Пятикурсники
Раздался мелодичный звон, сообщающий об окончании занятий, и тут же аудитория наполнилась шелестом крыльев, смехом, болтовнёй и торопливой вознёй спешащих по своим делам студентов. Однако, совершенно неожиданно преподаватель поднял крючковатый палец и, словно забывшись, прокричал:
- Секундочку, дорогие пятикурсники! Вы все можете быть свободны, однако я прошу задержаться... - старец Тимофей сделал нарочито долгую паузу, затем украдкой улыбнулся и закончил: - Игнатия и Андрия.
Тут же раздалось несколько вздохов облегчения, и через пару секунд аудитория опустела. Не переставая улыбаться, преподаватель ангельской академии переводил взгляд с одного оставленного студента на другого, затем побарабанил пальцами по трибуне и с каким-то странным выражением произнёс:
- Ну-с, дорогие мои! Для вас занятия продолжаются.
Андрий с Игнатием непонимающе переглянулись. В их глазах явственно читались попытки выудить из воспоминаний косяки и промахи, совершённые за первый месяц учебного года. Старец Тимофей несколько мгновений наблюдал за душевными терзаниями своих отличников, затем простодушно сообщил:
- Бросьте ломать головы! Нет за вами никаких проколов. А как раз наоборот!
- Наоборот? - Андрий даже привстал от удивления.
- Именно! - Тимофей довольно погладил вечно растрёпанную седую бородищу, - Успеваете вы хорошо. Можно даже сказать, отлично. А посему учёный совет академии желает вас лицезреть на своём заседании.
- Простите, - единственный глаз Игнатия сверкал непониманием, грозящим вот-вот перерасти в недоверие, - А в качестве кого нас хотят лицезреть?
- А вот там и узнаете!
И бодро соскочивший с кафедры преподаватель начал добродушно подгонять к выходу озадаченных студентов.
Огромные отливающие золотом двери зала заседаний распахнулись словно невесомые, и троица предстала перед заседавшим в полном соствае высшим советом академии. Председательствующий архангел Гавриил коротко кивнул Тимофею и жестом пригласил студентов приблизиться. Растерянные и смущённые, они засеменили к широченному столу.
