И они пошли вперед. Ветер налетал порывами, заставляя деревья раскачиваться и греметь голыми черными ветками. Под ногами все откровеннее чавкала грязь, начиная потихоньку просачиваться в сапоги. Но Инна не замечала ни жутковатой обстановки, ни дискомфорта. После каждого десятка шагов, сделанных по неуклонно поднимающейся к вершине холма тропе, она останавливалась и освещала фонариком склон в надежде разглядеть желто-коричневую курточку — по словам матери, убежавшая девочка была одета именно так. Или просто заметить что-то, хоть отдаленно напоминающее очертания человеческой фигуры. Однако, даже когда они прошли уже почти половину пути, поднявшись на весьма приличную высоту, периодически останавливаясь и окликая девочку по имени, единственным результатом их поисков так и оставались только ощутимо промокшие ноги.
— Зря мы, по-моему, сюда пошли, — в очередной раз останавливаясь и освещая фонариком круто сбегающий от тропинки вниз, поросший лесом склон, вздохнула Инна.
— С чего-то же надо было начинать, — откликнулся Валерий. — Я выбрал наиболее вероятное направление.
— Но ведь здесь уже искали, — возразила Инна.
— Так и в других местах тоже уже ищут, — сказал он. — Поэтому пойдем-ка лучше дальше. Глубоких рек в этом районе нет, значит, утонуть девчонка не могла. И если только не улетела по воздуху и не сбежала в город, поймав попутку, то где-то непременно должна будет найтись.
И они продолжили медленный, с остановками, подъем. Шагов десять вперед — и луч фонарика направлялся вниз, описывая по склону дугу.
— Ты тут поосторожнее, скользко очень, — вдруг во время одной из таких остановок произнес Валерий над самым ухом у Инны, внезапно возникнув за ее спиной. Она даже вздрогнула от неожиданности.
— Еще раз так подкрадешься ко мне — получишь в лоб фонариком, — пригрозила девушка.
— Даже и не думал подкрадываться! — Зорин вдруг обвил ее за талию рукой.
— Это еще что такое?! — ледяным тоном спросила Инна.
— Не хочу потом еще и тебя разыскивать, если вдруг укатишься сейчас под уклон.
— Никуда я катиться не собираюсь, — возразила Инна. — Так что, будь любезен, руки убери!
— А ночь-то какая, Инесс! — сказал он, наоборот, обнимая ее еще крепче.
— Да ты что, белены объелся, что лезешь на рожон? — вспылила Инна, пытаясь вырваться. — Вот уж действительно Храбрый портняжка!
Сказала — и вдруг успокоилась. Как будто давший Валерке это прозвище Вадим встал сейчас рядом с ней, готовый защитить от любых посягательств. И, осененная внезапной мыслью, она направила луч фонарика прямо Зорину в глаза, заставив того невольно отпрянуть.
— Нет в тебе никакой романтики, Инесс! — произнес Валерий как будто даже с упреком. И снова потянулся к ней, стараясь сократить разделяющее их и без того небольшое расстояние.
— Валерка, не дури! — извернувшись, Инна уперлась рукой ему в плечо. И вдруг замерла: — Тише! Ну-ка, слушай!
— Что? — не сразу понял он.
— Слушай, говорю, чудовище! По-моему, детский голосок… Откуда-то снизу…
Оба замерли, прислушиваясь. Инна — все еще упираясь рукой ему в плечо, Зорин — все еще обвивая одной рукой ее талию. А потом Инна без труда стряхнула с себя руку забывшегося Валерия и кинулась вниз, к тому месту, откуда ей послышался тихий тоненький оклик. Часть пути пробежала, часть, не удержавшись на ногах, съехала по склону. Участковый не отставал, луч его фонарика метался по деревьям наравне с Инниным. Но именно ее фонарик первым высветил цель: перепачканное в грязи, бледное девичье личико, повернутое в их сторону.
— Анжела, ты жива?! — бросилась к ней Инна.
— Жива, — тихо ответила девочка, вдруг начиная плакать.
— Вот и чудесно!
Инна тоже едва не расплакалась от счастья. Это действительно было чудесно: сознавать, что ничего страшного, ничего непоправимого не произошло!
— Я же говорил, где надо искать! — воскликнул подоспевший Валерий. — Вот видишь! А ты мне не верила! Что случилось, Анжел?
— Я бежала по тропинке, потом поскользнулась и упала, — плача все сильнее, ответила девочка. — Скатилась вниз, ударилась о камень и сознание потеряла. Очнулась, когда уже темнело, и поняла, что встать не могу: ноге очень больно.
— Ну-ка, посвети! — скомандовала Валерию Инна. И, не удержавшись, добавила: — Свети же, гений сыска, сюда!
Он беспрекословно подчинился. И спросил, пока Инна осторожно осматривала голову и ногу девочки:
— А ты слышала, как тебя тут искали? Как звали тебя?
— Нет, никто меня здесь не искал, — ответила измученная и перемерзшая Анжела. — Вы первые, кого я заметила.
— Искали, — заверил Валерий. — Но ты, видимо, тогда еще без сознания была, поэтому ничего и не услышала. В результате вся толпа проскочила мимо. Я что-то в подобном роде и предполагал, поэтому захотел осмотреть холм повторно.
— Тогда тряхни своей гениальностью еще раз и скажи, что нам делать дальше, — попросила Инна. — Идти Анжела не сможет, у нее наверняка сотрясение мозга, а лодыжка, кажется, сломана. Но надо действовать поскорее, пока девочка окончательно не замерзла.
