Ангелы не плачут полностью

После того, как Ларионов прочел все поздравления в социальных сетях, лежа в своей кровати, он наконец спустился на кухню, где стоял небольшой круглый торт, его любимый, шоколадный. Мама готовила его каждый год на день рождения сына. Однако Никита был уверен, что в этом году мать не будет этого делать из-за своего ужасного душевного состояния. В некоторые дни на прошедшей неделе у нее даже несколько раз поднималась температура, и парень ухаживал за матерью: готовил ей куриный бульон (хотя, первый раз это вышло не очень вкусно), ходил в аптеку за лекарствами. И лишь сейчас он, вспоминая каждый день этой ужасной недели, понял, что мать ни разу за эти семь дней не вышла на улицу.

— С днем рождения, сынок! — радостно сказала Виктория, выглядывая из-за угла. Никита про себя заметил, что это был ее самый веселый голос за неделю.

Парень подошел к ней и крепко обнял.

— Спасибо, мам, но зачем ты так напрягала себя? Тебе и так сейчас нелегко, а ты еще и торт взялась мой любимый делать. И когда ты его вообще пекла? Ночью?!

— Не волнуйся за меня, Никит, — улыбнулась женщина. — Жизнь продолжается. Я потеряла дочь и мужа, но я не хочу потерять и сына. Хочу, чтобы он чувствовал мою любовь и заботу.

Его тронули эти слова. Внутри что-то сильно сжалось, то ли от боли, то ли от радости. Он и сам не понял. Понял лишь, что на несколько секунд почувствовал неимоверное счастье, пока мысли не возвратились к той семье, которую он запомнил с детства: любовь, уважение и понимание. То было совсем другое. Видимо, счастье ощущается человеком по-разному в отдельные периоды его жизни.

— Как собираешься отметить свое совершеннолетие? — с любопытством спросила мать, ставя чайник на плиту.

Никита сел за стол, стоявший посередине комнаты. Наверное, кухня — это одна из самых уютных комнат в их доме. По крайней мере, так было раньше, когда вся семья собиралась за столом, в основном, во время ужина и по выходным. Точнее родители еще несколько лет назад сделали из двух комнат кухню-студию, в которой арка отделяла рабочую зону, где готовила мама, от обеденной, где стоял большой стол со стульями, а также находился телевизор. Кухню-студию они отделали в светлых тонах: стены обклеили обоями персикового цвета, а потолок покрасили в белый цвет. Большие окна пропускали много света в помещение.

— Не знаю. Наверное, никак. Что-то совсем настроения нет.

— Сын, ну так нельзя, — сказала Виктория, поставив белые блюдца на стол. Далее она принялась нарезать торт. — Говорят, что восемнадцатилетие — это переход во взрослую жизнь. Я считаю, его нужно отметить с тем, с кем тебе хочется и как хочется. Тебе какой кусочек положить?

— Самый большой. — Никита указал на нужный кусок торта, и мать положила его на блюдце, которое затем подвинула к сыну и дала маленькую ложечку. Далее она подошла к рабочей зоне, чтобы выключить чайник и сделать чай.

Когда она поставила на стол две чашки с горячим чаем и села рядом с сыном, Никита спросил ее:

— Как твое самочувствие?

— Спасибо, Никит. За эту неделю мне стало немного легче. Очень благодарна тебе за твою заботу. Я и не знаю, что делала бы, если бы тебя не было рядом.

Парень заметил, что мама и вправду выглядела лучше. Она начала улыбаться. Под глазами больше не было синяков, хотя Виктория все равно казалась замученной.

— В понедельник я собираюсь выйти на работу, — продолжила она.

— Погоди, так это уже завтра. Ты уверена, что готова?

— Конечно. Несмотря на то, что твой отец обещал помогать нам финансово, я не хочу сидеть у него на шее. У меня хорошая должность, не хочу злить начальство. Тем более они сообщили мне, что появилось несколько новых креативных заказов. Думаю, этом поможет мне отвлечься от личных проблем.

В то время как Дмитрий Ларионов вел свой бизнес, Виктория работала дизайнером интерьера в небольшой строительной компании. Однако созданные ею проекты нравились клиентам. Она не только придумывала сам интерьер и объясняла нужные схемы чертежникам, но и вела проекты до самого конца, то есть появлялась на объекте лично. И все лишь для того, чтобы услышать в конце восхищения клиентов. Но и сам процесс работы ее очень захватывал. Интерьер для своего дома мать тоже придумала сама. Поэтому работа действительно могла помочь ей отвлечься.

— Как у тебя дела в школе? Давно я не задавала тебе этот вопрос. Последний раз это было, пожалуй, несколько месяцев назад. Какая же я плохая мать. — Виктория тяжело вздохнула, делая затем глоток чая.

— Ну что ты такое говоришь, мам. Ты самая лучшая. — Никита накрыл лежавшую на столе ладонь мамы своей, пытаясь подбодрить ее. — У меня в школе все нормально. Я как раз хотел с тобой кое о чем поговорить.

— Слушаю. — Виктория подняла на сына спокойный взгляд.