Ангелы не плачут полностью

— Да. Если Никита убьет кого-нибудь. Или… — Гавриил не закончил фразу, сделав паузу.

— Или? — не выдержав, переспросила ангел.

— Он убьет себя. Тогда его душу нельзя будет спасти, а в первом случае никто не сможет ему помочь, и вся его оставшаяся жизнь будет казаться лишь существованием. Без позитивных эмоций, счастья и любви.

Мира замялась. Она не знала, что ответить. Вдруг она почувствовала такую ответственность за своего подопечного. Ей еще больше захотелось ему помочь. Он должен быть счастлив! Но лишь одна мысль о том, что парень может поддаться искушению и сотворить непоправимое, причиняла боль. Представив эту картину лишь на секунду, она захотела заплакать, но не смогла…

— Почему мне так грустно, а я даже заплакать не могу? — пролепетала ангел.

Но Гавриил ее услышал, однако ответил не сразу. В тишине Мира внезапно осознала, что оставила Никиту одного, в то время как обещала не покидать его в этот день!

— Потому что ангелы не плачут, Мира. Лишь в очень редких случаях они проливают слезы из-за своих подопечных, в том числе, когда они совершают ужасные поступки.

Это было последним, что сказал Гавриил, потому что в следующую секунду с сильным порывом ветра его тело словно растворилось в воздухе, когда сквозь тучи просочился единственный луч света на то самое место, где он стоял.

— Спаси его, Мира. Спаси себя, — донеслась последняя фраза, сказанная его призрачным голосом.

Спасти себя? Но что бы это могло значить? От чего спасти? Но ей некогда было думать об этом. Девушка рванула ко входу в клуб. Белоснежные крылья раздвинулись в стороны, словно она щас взлетит, нимб ярко засиял, пряди волос подхватили потоки ветра, но ничего из этого Мира не замечала. Потому что в голове крутилось единственное имя. Никита!

— Прошу, не делай глупостей, — мысленно умоляла она его.

Когда Никита и Лёшка вошли в клуб, им пришлось пройти проверку по документам. Проверяя его паспорт, охранник сказал, что в баре ему могут сделать хорошую скидку в честь дня рождения, и Никита был этому рад. Но хорошее настроение, которое было с ним последние несколько часов, испарилось, когда он понял, что Мира исчезла. Он, конечно, не стал делать поспешных выводов. Все-таки, Мира не обязана постоянно быть у него на виду, возможно, ей просто так некомфортно. Но она же обещала! И после того, как прошло пять минут, парень окончательно перестал верить, что его ангел появится. Он предложил другу сразу пройти в бар.

— Глянь сколько девчонок, — поиграв бровями, сказал Лёха, покосившись в сторону танцпола. Музыка громко играла, поэтому приходилось кричать, чтобы собеседник услышал.

— Ага, — равнодушно отреагировал Никита, выпивая алкогольный напиток, который бармен поставил на стойку по их заказу. Юноша вернул тому бокал с намеком на то, чтобы тот повторил.

— Может, познакомишься с какой-нибудь?

— Зачем? — все так же равнодушно продолжил Ларионов, делая первый глоток из уже полного бокала.

— А зачем тогда ты раньше знакомился с ними, а потом меньше, чем через неделю якобы случайно забывал их номер? — удивился Белоусов.

А действительно, зачем? И что поменялось сейчас? Никита всерьез задумался над этими вопросами. Все начало меняться после того, как в его жизни появилась Мира. Она внушила ему веру в то, что он сможет построить такую жизнь, какую он хочет. Раньше он делал все, лишь бы досадить отцу, который сам решил, как жить его сыну. А недолгими отношениями с девушками он пытался закрыть огромную дыру в душе под названием «любовь». Ее можно было сравнить с пустым старым стаканом, в который сколько бы ты ни наливал воды, он совсем не заполнялся, потому что она выливалась через маленькую дырочку на дне, задерживаясь в стакане совсем ненадолго. Но когда Мира ворвалась в его жизнь, он и не заметил, как она словно наконец зашила эту дыру, а чувства как вода перестали утекать из стакана, с каждым днем заполняя его все больше и больше. А сегодня он почувствовал, как будто они подобрались к краям сосуда, отчего Никита и чувствовал себя таким счастливым. Но Мира исчезла из виду, и эта дыра в душе как будто разорвалась еще больше, чем прежде.

— Не знаю, — наконец ответил Ларионов, опустошая стакан.

«Неужели она предала меня», — крутилась в голове единственная мысль. «Но она же обещала»! Мысли не лезли из головы, несмотря на количество выпитого алкоголя, поэтому он пил уже следующий бокал.

— Никитос, может, я, конечно, не прав. Но что-то у тебя определенно случилось, — начал Лёха, еще даже не прикоснувшийся к алкоголю.

— У меня все нормально, — пробубнил Никита.

— Я так не думаю. Еще настроение у тебя испортилось так внезапно. Что-то ты определенно скрываешь, но не хочешь говорить.

«Как я могу сказать, если ты примешь меня за сумасшедшего, как и Артем?», — подумал Никита.

— Просто, я кажется, влюбился, — проговорил он как можно тише, но друг услышал, несмотря на грохочущую музыку. Почему-то сейчас он легко смог признать свои чувства. Наверное, алкоголь взял над его мыслями верх, потому что в трезвом виде он бы всячески отвергал эту мысль.