Ангелы не плачут полностью

К тому моменту, как ушел Дмитрий Ларионов, солнце начало заходить за горизонт. Парень выглянул в окно. Мягкий свет проникал в комнату, через ветви деревьев, на которых набухли зеленые почки. Закат был безумно красивым: желтые с оранжевым оттенки освещали перистые облака, отчего небо перестало быть голубым, как днем. Никита добился от медсестры разрешения прогуляться во внутреннем дворе больницы, где росли лиственные деревья.

Он присел на одну из лавочек, продолжая наблюдать за закатом и мечтая о том, чтобы Мира сейчас сидела рядом и разговаривала с ним. Он дал обещание, что спасет ее, что сделает все возможное, но на самом деле не мог представить, как это сделать. Как доказать любовь? Это так глупо. Зачем доказывать любовь кому-то постороннему, если ты сам знаешь, что испытываешь это чувство. Почему он должен каким-то ангелам доказывать это?

— О чем думаешь? — спросила Мира, которая в следующее мгновение уже сидела с ним рядом.

— О том, как вытащить тебя из комы, — не стал врать он. — Еще денек, меня выпишут, и тогда я смогу заняться этим. Ведь и каникулы уже начались.

Он хотел еще сказать несколько слов, но Мира оборвала его.

— Мне нужно тебе кое-что сказать.

Интонация в ее голосе напугала парня, как будто сейчас ангел скажет ему что-то плохое. Он с любопытством посмотрел на нее, вглядываясь в ее красивые светло-голубые глаза. От таких не хотелось отводить взгляда. Казалось, в них отражается целый мир, и что именно с Мирой он может этот мир увидеть.

— Дело в том, — собралась она с духом, от чего Никита занервничал еще больше, — Что я буду с тобой еще неделю, и потом я не смогу быть рядом. У тебя будет другой ангел-хранитель.

Боль. В ее глазах он увидел боль, отчаяние, тоску, но сам не успел почувствовать, потому что ничего не понял. Видимо, девушка догадалась об этом и поэтому продолжила.

— Гавриил сказал мне, что после нашего поцелуя я с каждым днем становлюсь все более человечной. Он сказал, что моя ангельская сила скоро исчезнет из-за этого. Так и случилось. — Мира глубоко вздохнула от отчаяния. — Он дал мне две недели, чтобы попрощаться с тобой, одна уже прошла. Позавчера я хотела тебя защитить от этих отморозков, но не смогла. Моя сила действительно иссякает. Остается надеяться на то, что другие не смогут меня увидеть.

Парень не знал, что сказать. Он чувствовал злость. Злость на Небеса за то, что они решили забрать у него Миру, и на самого себя, что целую неделю посвятил себе и своим делам, а не ей.

— Но есть еще надежда, — ответил он, взяв ее за руку. Их пальцы переплелись, и Никиту это немного успокоило. — Если ты очнешься от комы, то будешь жить.

— Ни я, ни ты не знаем, как это сделать. А я, — Мира запнулась, видимо, борясь с чувствами, — Я уже смирилась с тем, что не буду больше живой. Но еще не смирилась с тем, что наши судьбы больше не переплетутся.

Он ничего не ответил. Просто поцеловал ее запястье и притянул к себе, тем самым мысленно говоря: «Все будет хорошо». Однако сам он в этом не был уверен. К счастью, людей во дворе больницы почти не было, поэтому он просидел в обнимку с Мирой вплоть до того момента, как пришла медсестра, чтобы загнать Никиту обратно в палату.

Следующую неделю Никита почти не прикасался к учебникам и решебникам. На подготовку к экзаменам ему было все равно. Единственное, когда Миры не было рядом, он занимался программированием. После разговора с отцом парень решил создать сайт для его модельного агентства, ничего не сказав ему. Точнее, это была любительская работа, чтобы улучшить свой навык в создании сайтов и программировании. Никита не принимал это за серьезную работу и делал просто ради тренировки.

Все свободное время он старался проводить с Мирой. При этом приходил каждый день в больницу, чтобы посидеть около получаса возле ее тела, не подающего никаких признаков жизни. Но надежда все еще теплилась в его душе. Надежда, что она откроет глаза и будет жить. Но день проходил за днем, а состояние Миры не менялось.

Один раз он пришел навестить ее, когда в палате возле тела сидела мама девушки Инга. Парень застал тот момент, когда женщина разговаривала с Мирой и плакала при этом, но тут же извинился. Знала бы она, что настоящая Мира сейчас не лежит на больничной койке, а стоит возле нее с большими ангельскими крыльями и нимбом.

Мира действительно стояла за спиной матери и наблюдала за ней. Никита не представлял, каково это, знать, что это твой родной человек, но абсолютно не помнить этого. Забыть все теплые воспоминания. Юноше стало больно от этой мысли. Он хотел создать для нее новые теплые воспоминания. И знал, как это сделает. Пока не поздно. Пока она не успела раствориться в небе окончательно.

Он долго разговаривал с Ингой Елизаровой, которая рассказывала про то, какой ее дочь была в детстве, в младших и средних классах. А он слушал, наблюдая, как Мира, стоявшая возле матери, узнавала о своей жизни все больше и больше. Наблюдал до тех пор, пока Мира не растворилась в воздухе. Видимо, пришло время ей поднакопить сил.