Скачок энергопотенциала. Увеличение объема волнового тела. Изменение спектра. Два раза подряд… Что это может значить? Что?!
— Пассажир! — завопил Крисп, ракетой взлетая с дивана. — Пассажир, фаг его заешь!
От избытка чувств он подпрыгнул, достав пальцами хрустальные висюльки люстры. Висюльки откликнулись заполошным перезвоном. Бей во все колокола! Они кого-то подбирают! Прямо в космосе, автостопом!
«Кого? Как?!» — вскричала логика.
«Ерунда!» — поддержал здоровый скепсис.
«Выкусите, придурки!» — злорадно ответила интуиция.
Сухие строки экспертного заключения согласились с интуицией.
«Они кого-то подхватывают на лету. Эй, пассажир! Откуда ты берешься? И главное, куда ты деваешься, когда коллант возвращается в малые тела? На Сечень высаживалось девятеро, и никакого десятого… Стоп! Они не могут вытащить десятого в малое тело! Пытаются — и не могут! Цель эксперимента?»
«Ну ты даешь, — восхитилась интуиция. — Аж завидно…»
Маркиз
— Вина! Я хочу поднять бокал…
«Это, лапочка, — решила Джессика, глядя на разгоряченного лейтенанта, — все, что ты хочешь. А главное, все, что ты можешь». Лицо девушки, впрочем, не отразило никаких чувств: ни насмешки, ни симпатии. Когда Джессике Штильнер того хотелось, она быстро превращалась в Джессику Шармаль, то есть в истинную гематрийку. На мужчин такой переход от страстей к равнодушию действовал с неотвратимостью дубины, обмотанной пыльным тряпьем. Дубина прилетала на темечко, и все, пишите маме: я женюсь.
Штабная палатка была размером с хороший гараж. Правда, в гараже не устраивают банкетов с сервизами из фарфора и столовым серебром. Всем нашлось занятие по вкусу: полковник Дюбуа учил Джессику пользоваться вилкой для рыбы, майор Тулен рекомендовал соловьиные язычки в маринаде, капитан Брайлендар — красное десертное. Лейтенант де Фрасси специализировался на тостах:
— …за нашу прелестную, нашу очаровательную гостью!..
Нашу, отметила Джессика. А звучит, как «мою».
