— Княже! Да за что же меня, твово верного слугу, в тёмную?! — завопил Рвач.
Игнат сдал оружие молча. А Олег, на всякий случай, приказал взять под стражу и брата Игната Козьму. А в придачу он послал под видом нищего оборванца в Дубок лазутчика, о существовании которого не знали даже княгиня и княжата. Это был преданный лично князю человек из Рыльска, не раз выполнявший его сложные поручения при дворе хана Золотой Орды.
И вскоре этот посланец принёс из Дубка известия, подтверждавшие правоту Рвача. Предатель был выпущен на свободу, а братья Хитрых остались в подземелье. Однако перед угрозой осады Воргола князь Олег отложил казнь. Не до кровавых потех на лобном месте, когда своя жизнь в опасности.
Василий Шумахов с десятком дружинников добрался по густому лесу до окрестностей Воргола. Тайными тропами незаметно для глаз татарских провёл туда липчан Севастьян Хитрых.
— Кругом гарь и копоть, — вздохнул Василий. — Ордынцы жгут селенья Воргольского княжества.
— Посмотри, посмотри — посад горит! — указывая палицей в сторону пламенеющего пригорода, заволновался Севастьян. — Там же мои родичи живут, дети Козьмы! Как бы их не побили или в полон не забрали.
— Да успокойся, — попытался утешить его Василий. — Давно небось в детинец ушли. — И добавил: — Знать, правду сказал Харалдай нашему князю: разоряет он владенья Олега. Выходит, нам надо открыться Харалдаю и узнать о его планах. Коль татары жгут посад, значит, готовятся к штурму. Наверное, хан разрешил Харалдаю уничтожить Воргольское княжество.
— Но там же братья! — почти простонал Севастьян.
— А мы тут зачем? — с укоризной посмотрел на него Василий. — Если в живых застанем — выручим.
— Вот-вот: если застанем...
— Так и мы погибнуть можем, — пожал плечами Василий. — На то она и ратная доля. Ладно, хватит ныть! Надо хорошенько продумать, как проскочить к Харалдаю, чтоб татары с перепугу нас не перестреляли. Что по этому поводу соображаешь?
Севастьян буркнул:
— А что тут соображать? Надо посылать Демьяна.
— Почему Демьяна? — недовольно нахмурился Василий.
— Да потому, что он был у татар в плену и его наверняка запомнили в лицо. Он выедет один, а в одного татары стрелять не станут, постараются взять живым. А взяв, угадают и отправят к Харалдаю.
— Ну, не знаю. Не очень мне это нравится, — поморщился Василий. — Хотя, с другой стороны, действительно, кроме Демьяна, на такое дело послать некого. Ладно... Дёмка! — крикнул Василий.
— Что, батя? — приблизился Демьян.
— Тебе одному придётся съездить к Харалдаю.
— Зачем?
— Скажешь, что мы просим его о переговорах.
— А допустят меня к нему?
— Допустят. Одёжа на тебе не военная. Меч тоже оставь тут, показывай, что с миром идёшь. Господь милостив — поможет. Только не суетись, а то подстрелят как куропатку.
— Я понял, батя.
— Ну, езжай. С Богом! — перекрестил Василий сына.
Демьян выехал из леса и сразу же был замечен татарским разъездом и окружён. Убедившись, что русский безоружен, его сопроводили к юрте Харалдая и после доклада ввели в юрту.
— Я — посланец князя Александра Липецкого, — сдержанно поклонился Демьян.
— Вижу, что посланец, — невозмутимо ответил Харалдай. — Ты один?
— Нет, не один.
— А где остальные? Или ты главный?
Демьян чуть замялся:
— Н-нет, не главный... А остальные в лесу.
— Так зови их. Говорить будем.
Вскоре перед Харалдаем предстали Василий Шумахов и Севастьян Хитрых.
— Вот что, боярин Василий, — начал Харалдай. — Не одобрил наш план разгрома Олега Воргольского Великий хан Телебуга. Более того, он ждёт меня в Сарае вместе с князем Александром.
— Князь Александр не давал мне полномочий вести такие переговоры, — покачал головой Шумахов. — Я ему передам твоё предложение, но не думаю, что он согласится добровольно идти на погибель. Князь Александр — воин и предпочтёт умереть в ратной схватке с врагами Отечества, чем сложить голову под топором вашего палача.
— Я буду его защищать! — вспыхнул Харалдай. — Я сам готов умереть, но не дать его в обиду!
— Невелика потеря для нас гибель татарского воеводы! — дерзко усмехнулся Василий. — А гибель князя Александра — беда и горе для княжества, липецкого народа и всего Черлёного Яра.
— Та-а-ак, ладно... — встал и прошёлся, разминая затёкшие ноги, Харалдай. — Похоже, ты, боярин Василий, не тот человек, который может решить наш с князем Александром вопрос. Ну ладно... Тургэн!
— Слушаю!
— Остаёшься за старшего, а я еду в гости к Александру Липецкому. Без меня никаких вылазок против Воргола не предпринимать. Берите что осталось в посаде и окрестных сёлах. Понял?
— Так мы уже всё в округе забрали! — посетовал Тургэн.
— Продвиньтесь подальше, но смотрите, в соседние княжества не лезьте.
— Я понял, командир, не полезем...
И Харалдай в сопровождении десятка бахадуров отправился в Дубок.
Князь Александр встретил татарского тысячника с почтением, чему немало подивились дружина и народ. А некоторые шептались: «Не сдаётся ли татарам наш князь?»
