Через час Харна-Турум превратился в серые квадратики на зеленовато-буром склоне, и только сердце проклятья чернело незаживающей язвой. Я стал богаче на одну запретную формулу, но историю чужого идиотизма записывать в дневник не стал.
Люди склонны жить иллюзиями, страны, сословия, возраст - отличается только глубина заблуждений. А уж черные... Этим объясни все в подробностях - через день забудут. Именно поэтому только профессионал способен в полной мере оценить угрозу, исходящую от белого мага и надлежащим образом к ней подготовиться (кое-какие амулеты Питер Мерсинг не снимал даже перед сном).
Имперский пастырь Ахиме Нацу и его мудрый учитель (да продлятся его годы!) с живым интересом наблюдали за жизнью походного лагеря, в котором свойственный всем черным нарочитый беспорядок мирно уживался с армейской дисциплиной.
- Я не извинился за то, что ушел тогда. Прости! Как ты тут обходился?
- Хорошо, - улыбнулся бывший пастырь. - Много практиковался в языке.
- И как тебе показались наши спутники?
- Они веселые, - пожал плечами Ахиме.
- Правда? - заломил бровь Ли Хан.
- Да. И с ними не нужно бояться, что от их шуток кто-то умрет.
Через лагерь прошествовал молодой некромант, как всегда чем-то недовольный. По пятам за ним, старательно повторяя все движения человека, следовало неназываемое по имени чудовище. Чуть дальше у водруженного на примус котла бранились сегодняшний кашевар, Румол и артефактор Браймер, требующий добавить в кушанье соли.
- Вы хотите их убить? - спокойно спросил Ахиме.
- Я должен хотеть их убить, - поправил его Ли Хан. - Так требует традиция. Ты знаешь, что такое традиция?
- Правила, которым надо следовать, чтобы оставаться самим собой, - с готовностью отозвался молодой белый.
- А зачем это надо, знаешь?
Ахиме заинтересованно наклонил голову.
- Соблюдая традиции, мы позволяем тем, кто навсегда ушел, оставаться с нами, - разъяснил Ли Хан. - Мы растем, взрослеем, учимся, чувствуя их присутствие и поддержку. Так прошлое соединяется с будущим.
К котлу подошел капитан Ридзер, попробовал кашу и по очереди съездил ложкой в лоб обоим спорщикам, запретив им баловаться со специями.
- Так должно быть, - поправился Ли Хан. - Но вот что странно: приверженцы нашей традиции умирают, а жить остаются те, кто ее предал, пусть и не по своей воле. А еще те, кто возненавидел собственную суть и отказался от нее. Что ты об этом думаешь?
- Мне все равно, - пожал плечами Ахиме. - Я - сирота.
- Я теперь - тоже.
Из кустов появился пес-зомби и подошел к куратору, отдыхающему в тени, приласкаться. Между разбросанными по земле вещами с независимым видом прошмыгнул белый кот и запрыгнул в грузовик. Изо рта у кота торчал мышиный хвостик.
- И знаешь, что я думаю? - продолжал Ли Хан. - Традицию нужно обновить, пока еще живы те, кто помнит, в чем она заключалась. Как омолаживают старые деревья: срезать мертвые ветви, замазать раны целебной мазью и позволить молодым побегам тянуться к свету, даже если это будут дички. Так старая традиция снова расцветет и все увидят, что она прекрасна. Что ты на это скажешь, Ахиме?
Вернулся некромант, чинно вытирающий руки влажным полотенцем. Ридзер громко объявил, что ужин готов, и обитатели лагеря стали собираться у котла, все, включая кота и зомби, которым, в принципе, каши не полагалось.
- Нужно найти мышь, учитель, - серьезно сообщил Ахиме. - Пока мастер Томас на нее не наткнулся. А то неловко выйдет.
Оба помнили, что свои сомнительные подарки кот носит исключительно некроманту.
- Да, - вздохнул Ли Хан. - Мышь следует найти.
Ночь прошла без кошмаров, а на следующее утро я потребовал устроить военный совет.
- Ну, и что там у тебя опять случилось? - недружелюбно буркнул капитан.
Выспаться он не успел, а вот подзабыть вчерашний конфуз - в легкую.
- Да ерунда! - ласково улыбнулся я. - Топливное масло кончается, и до Кунг-Харна мы не доедем.
Мои слова оказались для армейских экспертов неприятным сюрпризом (чем они меня раньше слушали, хотел бы я знать?). Но тут надо понимать специфику: в Ингернике армейским магам не приходилось заниматься вопросами снабжения, соответственно, они и тут не собирались задумываться о подобном. Вообще.
- Поэтому наша следующая цель, - я наставил на Ли Хана указательный палец. - Гарантировано должна быть обитаемой.
Белый горестно вздохнул и сознался:
- Я не могу такого пообещать. Слишком многое изменилось! Я помню Харна-Турум очень милым городом, населенным гостеприимными людьми...
Стукнуть его, что ли?
От знакомства с моим раздражением белого спас куратор. Для начала, он устроил са-ориотцам перекрестный допрос.
- Насколько я понял, трагедия Харна-Турума совпадает по времени с орийским восстанием. В Ингернике о тех событиях известно мало. Насколько резкими могли быть действия властей в данном регионе?
В смысле, оставили они здесь в живых хоть кого-нибудь?
Ли Хан покачал головой:
- Я не знаю. Я еду в Кунг-Харн как раз для того, чтобы выяснить судьбу...
- А вы? - Питер перевел взгляд на Ахиме. - Будучи магом, вы обязаны были сотрудничать с властями и получать некую дополнительную информацию.
