Около города Ютики Лазарь притормозил и свернул со скоростной трассы. Объехав город по окружному шоссе и сделав еще несколько маневров на местных дорогах, Лазарь через полчаса оказался у цели. Он остановился у обочины и достал карту, но и без карты все было ясно. Вдали, на возвышении, грозной краснокирпичной глыбой громоздился тюремно-психиатрический комплекс. Он производил мрачно-торжественное впечатление, подобно какому-то средневековому замку. Царила давящая тишина. Движения не наблюдалось. Высокие заборы зловеще блестели на солнце мощной сбруей колючей проволоки.
Лазарь убрал карту, приготовил часы-фотоаппарат к работе и неспешно двинулся к комплексу. Сердце билось все сильнее. Ему казалось, что мотор «Харлея» предательски работает чрезмерно громко, а из темных окон-глазниц корпуса за ним пристально наблюдают. Подъехав по длинной старинной аллее к центральному входу, Лазарь сделал несколько снимков общего вида. Здесь он к своему удивлению обнаружил, что путь открыт, ворот и контрольно-пропускного пункта нет. Оказавшись внутри комплекса, он понял, в чем дело. Каждое здание комплекса было огорожено высоким забором, а около ворот стояла будка с охраной, однако между зданиями перемещаться можно было свободно.
Остановившись за углом одного из зданий, где, как он думал, его не могли видеть, Лазарь спешился и начал фотографировать двор и здание через сетку забора. В этот момент появилась полицейская машина. Ее фары, расположенные спереди, сзади и на крыше, попеременно вспыхивали разными цветами. «Вот так дискотека», – поежился Лазарь и, понимая, что это по его душу, повернул к мотоциклу. Машина остановилась за мотоциклом. Из нее вышел сухощавый полицейский, поинтересовавшийся, чем здесь занимается Лазарь. Тот молчал. Не получив ответа, полицейский потребовал предъявить водительские права и документы на мотоцикл. Время для Лазаря остановилось. Его вдруг поразила бессмысленность происходящего. В голове молнией пронеслось: «Почему я должен оправдываться, врать и что-то доказывать этому человеку?!»
И тут Лазарь сделал то, чего сам от себя не ожидал. Дружелюбно улыбаясь полицейскому, он направился к мотоциклу, словно собираясь достать нужные документы, сам же прыгнул в седло, завел мотор и выжал ручку газа до отказа. При этом он держался настолько уверенно и спокойно, что полицейский еще некоторое время стоял столбом, провожая глазами стремительно удаляющийся мотоцикл, пока не понял, что это побег. Тогда полицейский схватился за кобуру пистолета, но расстояние до беглеца было слишком большим. Он бросился к машине, на ходу передавая по рации о случившемся. К погоне присоединилась еще одна полицейская машина. Кроме мигающих огней обе машины включили сирены.
После того, как Лазарь пустился в бегство, к нему вернулось самообладание, все встало на свои места. В минуты риска и опасности, еще со времен афганской войны, в Лазаре как бы включалась некая программа, которая помимо эмоций и интеллекта руководила его действиями. Он называл это интуицией: действия были четкими и безошибочными, опережающими противника на полхода.
Об одном только сейчас сетовал Лазарь: что под ним «Харлей», а не спортивный «Сузуки». Но все равно он был уверен, что уйдет. «Лишь бы только не успели вызвать вертолет, – думал он. – Вертолет, скорее всего, оснащен системой теплового поиска, тогда уйти будет намного труднее». К сожалению, дороги в этой местности были достаточно прямые, а движение практически отсутствовало – это увеличивало шансы преследователей. Лазарь напряженно искал поворот на какую-нибудь проселочную дорогу, где машины полиции вынуждены были бы сбросить скорость. Но в Америке такие дороги встречаются редко, в основном все расчищено и заасфальтировано. И все же удача улыбнулась Лазарю: дорога начала петлять по взгорью. Он умышленно подпустил полицейских ближе, чтобы они повисли у него на хвосте, а перед очередным крутым поворотом максимально прибавил скорость. Мотоцикл взревел, завибрировал всем станом и хотя с трудом, но вписался в поворот. В зеркало заднего вида Лазарь наблюдал, как одну из машин занесло на повороте – швырнуло в одну сторону, в другую и выбросило в кювет. Она перевернулась на крышу и замолчала. Из лопнувших мигалок, расположенных на крыше и придавленных теперь всей массой машины, вырвался сноп искр.
Вторая машина продолжала преследование. Устроить ей западню Лазарь уже не мог, потому что взгорье кончилось и дорога петлять перестала. Через несколько минут погони впереди показался мост через небольшую речку, на нем наблюдалось какое-то движение. Лазарь был вынужден притормозить, а перед мостом и совсем остановиться. Там шли дорожные работы. Рабочие в оранжевых накидках и зеленых касках поочередно перекрывали проезжие полосы. Как раз сейчас они перекрыли полосу, по которой двигался Лазарь, а по встречной полосе пропускали несколько машин. Причем первым навстречу Лазарю ехал огромный «дальнобойщик», полностью занявший и без того узкий проезд, не оставив возможности проскочить мимо даже на мотоцикле.
