Без малого 20 лет Диана Кочубей де Богарнэ (1918–1989), дочь князя Евгения Кочубея, была спутницей Жоржа Батая. Она опубликовала лишь одну книгу «Ангелы с плетками» (1955). В этом «порочном» романе, который вышел в знаменитом издательстве Olympia Press и был запрещен цензурой, слышны отголоски текстов Батая. Июнь 1866 года. Юная Виктория приветствует Кеннета и Анджелу — родственников, которые возвращаются в Англию после долгого пребывания в Индии. Никто в усадьбе не подозревает, что новые друзья, которых девочка боготворит, решили открыть ей тайны любовных наслаждений. Первый русский перевод «Ангелов с плетками» дополняют тексты Жоржа Батая, посвященные Диане Кочубей.
Diane Bataille
THE WHIP ANGELS
Georges Bataille
L'ALLELUIAH
Перевод с английского и французского Валерия Нугатова
Редактор: Дмитрий Волчек
Оригинал-макет и верстка: Сергей Фёдоров
Обложка: Алексей Кропин
Руководство изданием: Дмитрий Боченков
© Diane Bataille, 1955
© Kolonna Publications, 2010
ISBN 978–5-98144–135–6
Без малого 20 лет Диана Кочубей де Богарнэ[1] была спутницей французского писателя и мыслителя Жоржа Батая (1897–1962). Это была самая продолжительная история любви в жизни Батая, продлившаяся — и счастливо, и мучительно — с 1943 г., когда они познакомились, до его смерти в 1962 г. Это было и творческое содружество, хотя не на равных: Диана помогала мужу в осуществлении издательских проектов, особенно в последние годы, когда он был тяжело болен, а после его смерти передала Таде Клоссовски рукописи Батая для полного собрания сочинений и в определенной степени влияла на отбор материалов. У этого творческого содружества была и тайная сторона — Диана неоднократно начинала писать романы и даже опубликовала анонимно один из них, «Ангелы с плетками»: в этой талантливой книге слышны отголоски текстов Батая. Французский мыслитель притягивал к себе одаренных женщин, среди его спутниц были известная актриса Сильвия Маклес (первая его жена), фотограф Дора Маар и очень интересная писательница Колетт Пеньо (Лаура)[2].
И все же в истории культуры Диана остается прежде всего персонажем творчества Батая, причем она не только стала источником нового вдохновения, но и, если воспользоваться одним из любимых батаевских терминов, вдохновила моменты «совпадения» предшествующих тем его творчества, в какой-то степени даже узурпировав то, что, казалось бы, бесспорно относилось к другим женщинам. Этими моментами совпадения были тема Диануса, персонажа, с которым Батай отождествлял себя с 1940 г., и тема удачи — шанса, волновавшая его с конца 1930‑х годов. Наконец, любопытным образом к концу жизни Батай создал в книге «Эротика» своеобразную апологию супружеских отношений, противоречащую прославлению оргии, столь характерному для всего его творчества… может быть, в этом проявилось некоторое влияние его жены Дианы…
Псевдоним «Дианус» появляется в творчестве Батая в 1940 г. — так он подписывает публикацию первого фрагмента книги «Виновный» (1944), обобщившей философские искания Батая 1930‑х годов и обладавшей биографическим подтекстом: в книге отразились переживания Батая после смерти Лауры, умершей от туберкулеза в 1938 г. В псевдониме Дианус доминирует именно тема смерти. В начале «Виновного» Батай говорил: «Названный Дианусом написал эти заметки и умер. Он сам обозначил себя (это антифраза?) именем виновного»[3].
У имени Дианус — два источника. Это персонаж древнеримской мифологии, упоминавшийся в книге Джеймса Джорджа Фрэзера «Золотая ветвь». Дианус — жрец в храме богини Дианы в Немийском лесу. Причем это жрец-убийца, ибо он мог получить место священнослужителя только в том случае, если убивал своего предшественника. Должность жреца подразумевала и титул царя Немийского леса[4]. Древнеримский миф соответствовал философским исканиям Батая 1930‑х гг., где центральное место занимали проблемы насилия, жертвоприношения и власти (или, в терминологии Батая, «суверенности»). Дианус, облеченный божественной властью, должен быть a priori виновным в смерти своего предшественника. «Я — бог леса, Зевс, преступник», — писал Батай в заключительной части «Виновного»[5].
Вторым источником является творчество Фридриха Ницше; в имени Диануса звучит имя одного из любимых мифологических персонажей Ницше — Диониса. Эта связь прослеживается в черновиках философской книги «Внутренний опыт» (1943) Батая (раздел «Принципы метода и сообщества»), где рассуждения о ницшеанской «вакхической философии» дополняются фразой: «Мне кажется, что в псевдониме Дианус объединяются вкус бородатой женщины и бога, который умирает, а из его горла вытекает ручьем кровь»[6].
Ассоциативный ряд, порождаемый именем Диануса, насыщен разнообразными значениями. Вслед за Фрэзером, отождествлявшим Диануса с двуликим Янусом[7], Батай воспринимал этого персонажа как воплощение своих собственных исканий, посвященных личности, которая никогда не равна сама себе. Батай также использовал игру слов — в повести «Маленький» (1943) Дианус оказывается обнаженным Богом (Dieu à nu).
