На лондонской фондовой бирже случился такой Черный Вторник, что в обед торги приостановили без указания сроков — зато акции «Питко» по всему миру стремительно подскочили. В тот вечер, сидя у необаварского камина, в котором с пламенным патриотизмом горели дрова из возросших на Острове дубов, сэр Джек пил и пил. В мыслях, на видеомониторе и благодаря устным отчетам он вновь переживал произошедшее. Хихикал, переслушивая свои заранее записанные речи. Жонглировал полудюжиной телефонных трубок, делясь впечатлениями с каждым из своих восторженных слушателей поочередно. Любезно принял звонки от нескольких редакторов газет, желавших принести поздравления. Они называли событие «первым бескровным «соир d'etat» в мире со времен…» — черт их упомнит, с каких времен. Твердили, что сделан Новый Шаг к Новой Европе. Долой шаблоны. Питмен-Миротворец. Приплели Давида и Голиафа. А также Робин Гуда. Ведущему обозревателю одного из самых интеллектуализированных изданий сэра Джека весь этот драматичный день напомнил «Фиделио»: как были разрублены оковы! О да, чувствовал всем сердцем новоиспеченный Губернатор, некоему человеку все это понравилось бы. Почтительно склоняясь перед гением — нет, скорее с ощущением своей равновеликости ему, — он позволил славной «Героической» восславить свой триумф.
Тем слаще победа, чем хуже осознают ее истинную грандиозность те, кто ей аплодирует. К примеру, делать Остров членом Европейского союза он вовсе не собирается. Тамошнее трудовое законодательство, регулирование деятельности банков и прочее разное — это же просто катастрофа! Пусть Европа отвлекает от него Вестминстер, пока все не устаканится, большего от нее не требуется. Предложение выкупить Остров за шесть тысяч марок и один евро? Надо быть круглым дураком, чтобы воспринять его всерьез, а не как выстрел солью в зад метрополии; счет он закрыл, прежде чем пресса успела погрузиться в брюссельский поезд. Что же до попытки опротестовать законным путем договор от 1293 года — дело гиблое: вообразите сами, какой ящик Пандоры откроет Европа, решив дело в пользу Острова. А этот гребаный островной парламент — нет, вы только поглядите на этих нахалов из Совета, каждый сам себе Гарибальди… Так и тянет вскочить с губернаторского трона и сказать им, не по-латыни сказать, по-английски, чтобы каждый дурак и остолоп допер: «Через неделю я назначу перерыв в работе парламента». Нет, мудрено, не поймут. Надо будет выразиться попроще. Над нацией нависла угроза, проистекающая из нелепой уверенности парламента в своей способности самостоятельно руководить ею. Парламент распущен, поскольку ему тут просто-напросто нечего делать. Никаких заданий для парламента у него, сэра Джека Пит-мена, нет. А нахалы из Совета пусть катятся с первым пароходом в Дьепп, если хотят. Правда, для них есть шанс воспользоваться своим недолгим опытом работы. Проект еще не закончил набор в группу обслуживания сюжета «Палата Общин». Места на передних скамьях уже заняты, но все еще есть нужда в бессловесных статистах-заднескамеечниках [24], способных освоить начала хореографии: по сигналу Спикера вставать с мест, размахивать, талантливо изображая горячность, документами, а потом вновь плюхаться на свои обитые зеленой кожей скамьи. Также в их обязанности входят нечленораздельные, но осмысленные шумы и звуки: прежде всего презрительный лай, подхалимские стоны, неискренний смех и бормотание безумца. Будем надеяться, что это им по плечу.
Сэр Джек все пил и звонил. Звонил и пил. Выслушивал панегирик за панегириком. В два ночи он вызвал Марту Кокрейн и приказал ей привести ее жиголо, этого сопливого летописца, на тот случай если в нем застоялась какая-нибудь смачная мечта. Собственно, вполне возможно, что он выразился: «сраный жиголо», от хорошего «арманьяка» язык распускается, знамо дело. В любом случае она состроила козью морду, что ее оторвали от ее черт их знает каких дел. Что до юного Пола, он окрысился на весь свет, как только сэр Джек позволил себе слегка фривольное замечание по поводу… Ох, да ну их всех на хер. Да, НА ХЕР. Плевать на все их необычайные способности и таланты — вокруг себя он хочет видеть людей, которые умеют РА-ДО-ВАТЬ-СЯ. Не нужны ему наглые смутьяны вроде этих двоих — ишь, прихлебывают «арманьяк», оскорбленно поджав губки. И в какой день? В такой день! Подобравшись к торжественному финалу вечера, сэр Джек спонтанно решил распространить свой план реструктуризации и на эту парочку.