Наиболее подходящим для атаки был сочтен день шестидесятипятилетнего юбилея сэра Джека. Сидя в своем роскошном рабочем зале — точной копии кабинета из первого «Питмен-Хауза», — сэр Джек вызывающе выпячивал грудь, украшенную подтяжками с Вестминстерским дворцом. Ну и что, если он сам себе закрыл дорогу в Палату Лордов? Пусть. Всякие дурни и остолопы из всяческих партий, которых он уже десятки лет осыпал более чем щедрыми пожертвованиями, упустили шанс одеть его в горностаевую мантию. Ну и пусть. Маленькие людишки вечно подставляют подножки великим; лицемеры получат по заслугам. Подумать только, давным-давно какой-то желторотый инспектор из министерства торговли и промышленности, ни черта не смыслящий в практической стороне современной коммерции, решил взлететь по служебной лестнице на дешевой фразе. Назвать сэра Джека Питмена «честным, как Ноздрев», — жалкая расистская клевета. Особенно гадостный привкус был у высказывания: «я бы его не допустил даже бычками на базаре торговать». Тогда он приказал доставить в скромный домик инспектора в Рейгейте центнер свежих бычков — в присутствии целой своры писак, дабы унижение осталось в истории; но увы, кажется, намек был слишком тонок. Проклятый инспектор повернул дело так, что бычки выглядели взяткой. Ситуация вышла из-под контроля, и добродушная шутка сэра Джека насчет того, что бычки — метафора такого его свойства, как конструктивное упрямство, была понята превратно.
Что ж, пришел день, когда все эти мелкотравчатые депутаты, своекорыстные министры, лицемеры и прочие людишки поймут, на кого подняли руку. Скоро он всю грудь себе медалями завесит, если захочет, дарует себе хоть сотню титулов. Что, например, сталось с родом Фортюбисских? Славное имя легко воскресить. Первый барон Фортюбисский и Бембриджский? Однако, заглядывая в глубины своей души, сэр Джек зрел там извечную простоту — да что там, аскетизм! Конечно, внешними условностями пренебрегать не следует — много было бы толку от Доброго Самаритянина, не имей он чем заплатить хозяину гостиницы? — но нельзя и глушить в себе человека. Нет, скорее всего ему лучше остаться простым сэром Джеком — это как-то уместнее.
Все активы компании были переведены в оффшорные зоны, то есть спасены от мелочно-мстительного Вестминстера. Срок аренды «Питмен-Хауза-1» истекал через пару месяцев, инвесторов кормили «завтраками». Конечно, со временем им перешлют кое-какие товары и движимое имущество — в случае, если Правительство Великобритании не распорядится о его конфискации. На конфискацию сэр Джек скорее надеялся: тогда всех мелкотравчатых людишек и лицемеров можно будет потащить в Международный суд. И вообще, его уже проинформировали, что большую часть офисной техники пора заменить новыми моделями. Кстати, к персоналу это тоже относится.
Робкие адъютанты сэра Джека утверждали, что не следует наносить удар по всем направлениям сразу — дескать, у прессы просто глаза разбегутся. Сэр Джек смиренно возразил: настал час Большого Взрыва; тут вам сюжет для
многотомника, а не сенсация-однодневка. И вообще, как это сделать? Чтобы это сделать, надо это сделать. Итак, в тот день центр событий будет стремительно перемещаться из Рейгейта в Вентнор, из Вентнора — в Гаагу, из Гааги — в Брюссель. Для Рейгейта сэр Джек зарезервирует уголок своего сердца и два разворота в одной из своих газет. Пресловутый инспектор МТП, сделавший за последние годы отличную карьеру, сядет завтракать со своей прелестной женой — и с удивлением обнаружит среди утренней почты несколько заказных писем с адресами, написанными его собственной рукой, и южноамериканскими марками. Не успеет он закрыть дверь за балагуром-почтальоном, как вновь позвонят — и окажутся это пуритански настроенные представители Королевского таможенно-акцизного управления. Последние, флаг им в руки, наделены широчайшими полномочиями в плане вторжений и обысков, и более того, очень сурово относятся — благодаря недавно проведенной кое-какими газетами кампании — к гнусной торговле смертоносными наркотиками, которую осуществляют двуличные почтенные чиновники, чья бесчеловечная алчность затягивает наше молодое поколение в адскую трясину.