Англия. Глазами воронов полностью

Я не совсем понял, имел ли Деррик в виду, что я могу им понравиться, если они надумают меня съесть, или я понравлюсь им как человек или как йомен. В голове почему-то нарисовалась картина, напоминающая «Танцы со звездами»: выстроившиеся в ряд строгие птицы держали таблички с оценкой «десять». Однако, что бы он ни имел в виду, я был заинтригован. С момента поступления на работу в Тауэр я наблюдал, как вороны скачут по Тауэр-Грин, занимаясь своими делами, но абсолютно не понимал, зачем они здесь и что они делают. Я почти ничего не знал о птицах. В школе у меня был друг, который увлекался разведением и дрессировкой голубей для соревнований^[52], и однажды он показал мне своих птиц, что, честно говоря, не произвело на меня особого впечатления. Единственным моим контактом с воронами Тауэра был случай, когда наш кот, большой серый перс по имени Тигра, осмелился побеспокоить их тем, что взгромоздился на одну из старых клеток, разлегся там, просунув лапу сквозь прутья, и лениво помахивал ею внутри, дразня птицу. Деррик тогда заорал: «Убери эту проклятую кошку с клеток, Крис, иначе птицы съедят ее на обед», чем сильно меня удивил. Я думал, что все должно быть наоборот. Годы спустя я узнал, насколько прав был Деррик: не раз мне доводилось видеть ворона, гоняющего кошек и собак, живущих в Тауэре.

«Пошли, – приказал Деррик. – Следуй за мной». И я последовал за ним. С Дерриком Койлом, обладателем ордена королевы Виктории, не больно-то поспоришь. Он был легендой в армии и стал легендой среди йоменов. С ним все было просто: что видел, то и получал. У него была образцовая военная карьера: сначала он поступил на службу в Гринховардский полк – знаменитую британскую пехотную часть, известную как Йоркширский полк, потом пробился вверх по служебной лестнице и в итоге стал старшиной полка. Он был типичным старшиной: высокий и прямой, точно палка, даже в расслабленном состоянии, очень находчивый, отлично соображающий в любой ситуации. Он великолепно смотрелся бы в старом черно-белом фильме о войне. Но под суровой военной внешностью скрывался добрейший джентльмен и великий знаток человеческой натуры.

В общем, Деррик отвел меня в старое помещение для воронов, открыл дверь и велел зайти в клетку, где сидели две самые большие птицы из тех, что я когда-либо видел.

«Не смотри им в глаза, – предупредил он. – И сохраняй дистанцию. Не подходи слишком близко. Они находят это угрожающим». Они находят это угрожающим! У меня самого не возникло абсолютно никакого желания смотреть им в глаза или подходить слишком близко!

Я был немного напуган. Мне всегда нравилась живая природа, но я никогда не приближался к таким огромным птицам, и я не знал, чего от них ждать. Любой, кого хоть раз запирали в узком пространстве вместе с птицей, в курсе, что я имею в виду: не нужно быть орнитофобом^[53], чтобы начать испытывать беспокойство. Птицы кажутся дико непредсказуемыми, когда ты не знаешь, что делаешь, и не понимаешь, что делают они. К тому же я слышал от других йоменов всякие жуткие истории о нападениях воронов, и мне меньше всего хотелось, чтобы меня сейчас поклевали.

Я очень медленно двинулся вглубь клетки.

– Не показывай им, что боишься, – сказал Деррик. – Они заметят это и запомнят.

– Хорошо, – ответил я, совершенно окаменев от страха, но твердо решив не подавать вида.

Казалось, я простоял в углу клетки целую вечность, а пара воронов пристально смотрела на меня, и их глаза-бусинки вонзались мне в самую душу. В жизни мне случалось попадать в непростые ситуации, но именно тот случай я помню, словно вчера. Внезапно, к моему удивлению, одна из птиц подошла и села рядом со мной. Я почувствовал на лице дыхание ворона и задумался, не пора ли мне делать отсюда ноги, однако ворон просто склонил голову набок, потом наклонил ее, словно кланяясь, расправил крылья и издал громкий кудахчущий звук.

– Порядок, – констатировал Деррик. – Можешь выходить.

Оглядываясь назад, я понимаю, что в тот вечер Деррик засунул меня в клетку с двумя самыми большими воронами, чтобы оценить мою реакцию, посмотреть, не выказываю ли я страха и сумею ли не растеряться в их присутствии. К тому же вороны и сами прекрасно разбираются в людях, и Деррик сразу бы понял, смогут ли они работать со мной или нет. Иногда единственный способ чему-то научиться – броситься в омут с головой.

«Да, ты справишься, – объявил он, вытаскивая меня из клетки. – Встретимся завтра в пять тридцать утра». Вот и все. Так я прошел собеседование с воронами и был немедленно взят Дерриком под крыло в качестве одного из помощников Смотрителя воронов. Конечно, теперь мне бы и в голову не пришло знакомить воронов с моими новыми помощниками таким образом. Ну, может, это не совсем так.