Как это обычно и бывает, пока Вильгельм покорял Англию, безопасность его нормандских владений оказалась под угрозой. В частности, угрозу для Нормандии стал представлять французский король Филипп I, который делал все возможное для ослабления Нормандии и поддержал в 1078 году мятеж старшего сына Вильгельма, Роберта Куртгёза, недовольного отсутствием у него реальной власти. Роберт попытался захватить Руан, но был отбит и бежал во Фландрию. Вскоре он с французской помощью обосновался в замке Жерберуа на нормандской границе и стал разорять владения своего отца. Вильгельм лично возглавил армию, осадившую Жерберуа, и принудил город к капитуляции. Роберт в одном из боев даже свалил своего отца с коня и ранил его, а потом ему удалось бежать, и он нашел убежище у короля Франции.
Вообще, кроме многих дочерей, Вильгельм имел трех сыновей: Роберта, Вильгельма и Генриха. Старший из них, по причине коротких ног был прозван Куртгёзом (Courteheuse – Короткие штаны). Являясь наследником англонормандской державы, одного из сильнейших государств Западной Европы, он не обладал реальной властью при жизни отца, и это бесило его. Он постоянно конфликтовал со своими братьями, пытался захватить Руан. Потом он примирился с отцом и в 1080 году даже возглавил английское вторжение в Шотландию. Кстати, именно он построил мощную крепость, позднее ставшую городом Ньюкаслом. Но мирные отношение с отцом продолжались у него недолго. После смерти отца он начал оспаривать у брата Вильгельма Рыжего корону Англии, но его вассалы отказались следовать за ним. В 1096 году Роберт отправился в Крестовый поход, отличился при взятии Антиохии и при осаде Иерусалима. Возвратясь в Нормандию, которой овладел его брат Генрих, он был разбит в сентябре 1106 года, взят в плен и увезен в Англию.
Так завершилась многолетняя борьба за наследство Вильгельма Завоевателя: Нормандия была завоевана англичанами, и единство англонормандской монархии было восстановлено.
Но это все было потом, а пока Вильгельм вел постоянные войны, подавляя одно восстание за другим. Последним военным предприятием Вильгельма в Англии была его экспедиция в южный Уэльс в 1081 году.
Вильгельм Завоеватель представлен в летописях как могучий и яростный воитель. Но он, без сомнения, был еще и одним из крупнейших политических деятелей Европы XI века. Его правление имело огромные последствия для развития Англии. Он основал единое Английское королевство, провел всеобщую перепись земельных владений в Англии, утвердил законоположения и систему управления им, создал армию и флот, начал строить каменные крепости и т. д. При нем английский язык обогатился многими французскими словами, однако еще три столетия он считался «простонародным наречием» и среди знати не употреблялся.
Даны и саксы говорили фактически на одном языке, что способствовало общению. Однако нормандская знать, хотя и вела свое происхождение от викингов, за пять поколений полностью переняла французский язык и французскую культуру. Для англичан они были французами, чей язык они не понимали и чьи обычаи были им отвратительны.
Кстати, сам Вильгельм старался научиться языку англичан и писал свои грамоты и декреты на латыни и на древнеанглийском, но он представлял собой исключение. Его ближайшее окружение и его бароны отказывались учить древнеанглийский.
При Вильгельме «Нормандия вместе со своей английской колонией стала наиболее централизованной и управляемой частью Западной Европы».25
Соответственно, «на четыре долгих столетия Англия оказалась повенчана с континентальной Европой, но это был несчастливый, кровавый брак».26
Вильгельм Завоеватель скончался 9 сентября 1087 года в возрасте 60–62 лет в монастыре Сен-Жерве, что около Руана. Перед смертью он завещал английский престол своему второму сыну Вильгельму Руфусу (Рыжему), отстранив таким образом Роберта Куртгёза от наследования.
Вильгельм Рыжий, или Руфус, прозванный так за цвет своих волос (от латинского rufus – рыжий), был средним сыном Вильгельма Завоевателя, и именно он, согласно завещанию родителя, наследовал его престол в Англии.
Руфус был «опытным воином, но ему не хватало самодисциплины отца».27
При этом он «приобретал любовь подданных, обещаясь поступать с ними благоразумно и предпочитать их иноземцам при возведении на степени достоинства».28
