Кроме того, подобно почти всем королевским дворам раннесредневековой Европы, англосаксонский королевский двор вырастал как продолжение личного хозяйства короля[653]. Еще в варварский период короли, несомненно, нуждались в людях, следивших за их оружием и одеждой, прислуживавших на пирах и ездивших с поручениями; после принятия христианства появляются королевские духовники и хранители почитаемых реликвий. С самого раннего времени, очевидно, при королевском дворе хранилась казна, а значит, должны были существовать и ответственные за нее лица.

Однако конкретная организация центральной администрации в англосаксонских королевствах до начала правления Альфреда Великого известна нам исключительно плохо. Только в биографии Альфреда, составленной в 80-е гг. IX в. одним из его ближайших сподвижников епископом Ассером, появляются первые более или менее четкие указания на внутреннее устройство королевского двора и его участие в государственном управлении. По сообщению Ассера, Альфред не только приглашал к себе ученых людей со всей Англии и из-за рубежа, привлекая их, помимо образовательной, к государственной деятельности, но и впервые сделал службу при дворе постоянной обязанностью знати. С этой целью он разделил своих приближенных на три группы, каждая из которых должна была неотлучно находиться на службе в течение месяца, два последующих отдыхая дома. Судя по тому же источнику, исключительно большую роль при дворе Альфреда играли священнослужители, которых Ассер называет «капелланами» (capellant)[654]. В дополнение к религиозным, они выполняли обязанности писцов, в задачу которых входило оформление королевских распоряжений, грамот, прокламаций, а также другой документации, необходимой для правительственных нужд. Несомненно также, что представители духовенства с самого начала принимали активное участие в кодифицировании англосаксонского законодательства.

На основании этих фактов вполне можно говорить о том, что уже к началу X столетия при короле существовал некий аналог его канцелярии, хотя сам термин в англосаксонский период не употреблялся. С течением времени главной функцией этого учреждения все больше становилось оформление и рассылка на места так называемых королевских предписаний (writs), которые в англосаксонской Англии были важнейшим инструментом управления[655]. Предписание представляло собой небольшое по объему послание, в котором указывался отправитель, чаще всего король, и получатель, обычно правительственный чиновник в той или иной местности, а также в достаточно формализованной манере излагалось существо королевского распоряжения. Чтобы удостоверить его подлинность, к нему прикладывалась королевская печать, известная англосаксам по крайней мере с конца VIII в.[656]

По свидетельству Ассера, еще одним мероприятием Альфреда в области государственного управления была реорганизация королевских финансов. Все доходы королевского двора были разделены на две части, одна из которых шла на нужды Церкви, а вторая, в свою очередь, делилась на три части. Первая из них выделялась для содержания тех, кто находится на дворцовой службе, вторая шла на оплату слуг, третья предназначалась для подарков прибывающих ко двору иноземцев[657]. Это разделение показывает, что уже в это время доходы короля рассматривались как нечто единое; можно предположить также, что при дворе должен был существовать специальный орган, занимавшийся королевскими финансами. Косвенно в пользу такого предположения свидетельствует и необходимость сбора и уплаты дани скандинавам в IX–XI вв.

Источники королевских доходов в англосаксонский период были весьма разнообразны. Наиболее важным их элементом была уже упоминавшаяся фирма (feorm), первоначально представлявшая собой натуральные поставки, которые, однако, уже очень рано могли заменяться денежным эквивалентом. В дополнение короли получали дань от подвластных правителей, судебные штрафы, таможенные пошлины и пошлины от торговли, а также доходы с собственных земель. Многие англосаксонские короли были людьми весьма состоятельными, тем более что никакого различия между личными королевскими и государственными финансами еще не существовало. Так, в середине X в. король Эадред, желая избавить своих подданных от очередной уплаты «датских денег», выделил в своем завещании на эти цели баснословную сумму в 1600 фунтов, что составляло лишь часть его богатств[658].

Перейти на страницу:

Поиск

Все книги серии Clio

Похожие книги