После этого миссис Александер бродила возле дома до шести утра, пока соседи не пустили ее к себе. Она рассказала им, что с ней приключилось, но не поверила, что это был сон. В тот же день жена соседа миссис Суит, отправившись в Уэст-Маллин, увиделась с миссис Гофф перед смертью и узнала от матери миссис Гофф, что ее дочери привиделись ее детишки. Из соображений деликатности миссис Суит не упомянула о рассказе няни».
Этот рассказ был подтвержден отцом миссис Гофф, сиделкой и двумя соседями.
«На этой неделе мистер Пирсон, почтенный священнослужитель из Лондона, рассказал мне, что дед его жены по имени Феррар, врач правящего короля, человек большой набожности и близкий родственник – я полагаю, брат – знаменитого мистера Феррара из Литтл-Гиддинга[18], так вот, этот джентльмен заключил договор со своей дочерью, согласно которому тот из них, кто умрет первым – если счастливо, – должен по возможности явиться после смерти живому. Дочь не без труда согласилась.
Через некоторое время у дочери, жившей в Джиллингем-лодж, начались роды, и вместо приготовленного для нее лекарства ей по ошибке дали выпить яд, от которого она скончалась.
Ее отец жил в Лондоне, и в ту самую ночь, когда она умерла, она отдернула полог его кровати и посмотрела на него. Он ничего не знал о ее недомогании и, увидев призрак, сказал служанке, что его дочь наверняка мертва, и через два дня получил об этом извещение. Миссис Пирсон рассказала об этом ее бабушка, а еще ее дядя и вышеупомянутая служанка. И эту миссис Пирсон я хорошо знаю, она весьма благоразумная и добропорядочная женщина».
«Я находился в Брайтоне вместе с друзьями, которые собирались поехать за границу.
Однажды вечером две дамы, мой кузен и ужинали в Кемп-тауне. Когда мы вышли, стояла чудесная лунная ночь, и я сказал своим друзьям, что предпочту пойти домой на Брансвик-сквер (на другом конце города) пешком. И отправился туда по эспланаде вдоль берега моря.
Прямо напротив гостиницы „Бедфорд“, у ограды, остановилась карета, запряженная парой лошадей, с двумя слугами на козлах и старой дамой внутри. Я сразу обратил внимание на то, что колеса экипажа не производят никакого шума, и, откровенно говоря, был крайне поражен.
Сделав несколько шагов к карете, чтобы понять причину странного явления, я явственно различил в ней свою бабку, которую несколько дней назад оставил в добром здравии в другом городе, а также ее кучера и лакея на козлах.
Я тотчас перемахнул через ограду, отделявшую меня от кареты. В тот же миг у меня промчалось в голове, что дама восьмидесяти трех лет вряд ли могла отправиться со всеми своими пожитками в Брайтон, не предупредив об этом никого из родственников.
Приземлившись, я сделал шаг вперед, чтобы с ней поздороваться, но, к моему изумлению и ужасу, карета исчезла.
Придя в себя, я отправился прямо домой и подробно рассказал о случившемся.
Разумеется, меня подняли на смех, не без сарказма заметив, что, к счастью, они могут засвидетельствовать, что я трезв.
Я был до крайности смущен и плохо спал в ту ночь. Однако рано утром мы получили телеграмму о том, что вчера в половине восьмого утра моя бабушка была найдена мертвой в своей постели».
«У сэра Чарлза Ли была единственная дочь от первой жены, при рождении которой она умерла; после ее смерти ее сестра, леди Эверард, захотела взять девочку на воспитание и очень хорошо воспитала ее. Когда же та достигла брачного возраста, ее просватали за сэра Уильяма Перкинса, но этот брак не состоялся в силу необычных обстоятельств.
Как-то, уже лежа в постели, девушка, полагая, что видит свет в своей спальне, позвала служанку, которая вскоре к ней явилась; она спросила, для чего та оставила горящую свечу. Служанка ответила, что она ничего не оставляла и что в комнате горит всего одна свеча, та, которую она принесла с собой. Тогда девушка предположила, что это был огонь в камине. Служанка возразила, что огонь давно погас, и все это ей, наверное, привиделось во сне; согласившись с ней, девушка успокоилась и уснула.
