– Кто вы такая? Зачем вы мне звоните? Я не знаю никаких знакомых Алессандро, – нервно сказала женщина, судя по голосу, достаточно молодая.
– Вчера ночью я ночевала на его яхте, – вдруг разозлилась я, – и вы звонили к нам на яхту поздно вечером. Я хотела поговорить с вами, но если вы не хотите…
Я уже хотела положить трубку, но вдруг услышала:
– Подождите. Вы его знакомая?
– Да.
– Близкая знакомая?
– Не очень, – с горечью ответила я.
– А почему вы знаете, что вчера вечером я ему звонила? Он ведь мне не ответил. И я не звонила ему. Я звонила совсем другому человеку.
– Я стояла рядом и видела ваш номер – он высветился на аппарате. Но он не стал вам отвечать.
– Кто вы такая? – снова нервно спросила меня незнакомка.
– Но я же вам сказала, – у меня больше не было сил разговаривать с этой дамочкой; напрасно я ей позвонила. – Я знакомая Алессандро.
– Дело в том, что вчера вечером я ему не звонила, – продолжала она. – Я звонила своей кузине. Но она мне не ответила.
– Ваш номер был на аппарате, и я его запомнила.
– Какой был аппарат? – быстро спросила она. – Вы запомнили аппарат?
– Конечно. Серебристый «Панасоник», а почему вы спрашиваете? Впрочем, это уже все равно, до свидания. Извините, что я вас побеспокоила.
– Подождите, – вдруг сказала она. Я почувствовала, что она сомневается. Затем незнакомка сказала: – Нам нужно с вами увидеться. Вы уверены, что вчера ночью на яхте не было другой женщины, кроме вас?
– Не было, – подтвердила я.
– Где вы сейчас находитесь? – требовательно спросила она.
– В ресторане «Голубой слон». В Антибе.
– Через два часа я буду в Антибе. Вы можете меня подождать?
– Могу. Я хотела с вами увидеться и поговорить.
– Очень хорошо. Никуда не уходите. Это может оказаться важнее, чем вы думаете. Никуда не уходите из ресторана. До свидания.
Я положила трубку. Неужели сработало? Почему она так заволновалась? И почему спросила про аппарат? Она сказала, что звонила своей сестре. Значит, это был не его аппарат. Утром, когда Алессандро уезжал, у него в руках был уже другой мобильник. Неужели он выбросил старый? Нет. Он его не выбросил. Это был аппарат сестры незнакомки, и ее не было на яхте. И поэтому он не хотел, чтобы я ответила? Может, он выдавал меня за сестру незнакомки? Господи, неужели такое возможно?
Время до встречи я провела в напряженном ожидании. И ровно через два часа снова подошла к ресторану «Голубой слон». Заказала себе очередную чашечку кофе. Незнакомку я увидела еще издали. Именно такой я ее себе и представляла. Она подъехала на темно-синем «Пежо» и, выйдя из него, направилась к ресторану. Я сидела недалеко от входа за столиком, надев очки. Волосы я предварительно собрала в пучок. Она двигалась ко мне, тревожно оглядываясь по сторонам. Увидев меня, она слегка пошатнулась. Затем нерешительно сделала шаг, потом второй. И наконец быстро подошла ко мне.
– Это вы звонили мне? – спросила незнакомка.
Она была в сером костюме, который стоит, наверное, целое состояние. И с очень элегантной черной сумочкой.
– Я. А как вы поняли? – удивилась я, оглядываясь на соседние столики.
Рядом сидели в одиночестве по меньшей мере пять молодых женщин. Почему она выбрала именно меня?
– Я сразу поняла, – незнакомка опустилась на стул и внимательно посмотрела на меня. – Снимите очки, – неожиданно попросила она.
Я сняла очки. Она пристально смотрела на меня, потом кивнула.
– Я так и думала. Никогда не верила этому прохвосту Алессандро.
Ее слова прозвучали для меня как музыка. Я тоже считала его прохвостом и отныне тоже ему не верила. Кажется, мы сумеем найти общий язык. Во всяком случае, у нас есть то, что нас сближает.
Заказав чашечку кофе подбежавшему официанту, она спросила:
– Почему вы решили мне позвонить?
– Я видела, как он нервничал, когда зазвонил телефон. Извините, как вас зовут?
– Симона Бриньоне, я сестра Сибиллы Скарнелли.
Она сказала так, будто я должна знать, кто такие эти Бриньоне или Скарнелли. Хотя первую фамилию я, кажется, слышала… Точно, слышала.
– Меня зовут Ксения, – представилась я, – Ксения Моржикова.
– Я думала, вы полька, – призналась Симона. – Откуда вы приехали?
– Из России. А вы не родственница маркизы Бриньоне?
– Я ее дочь, – удивилась Симона. – А откуда вы знаете мою мать?
Я рассказала ей о нашем знакомстве с Алессандро. Как он предложил подвезти меня в Ниццу, как мы поехали домой к ее матери. Как он ушел в дом, подняв верх автомобиля, в котором мы сидели. И как Цирил пытался отвлечь меня, показывая фотографии. Она бледнеет, ее тонкие аристократические пальцы сжимают столик.
– Негодяй, – шепчет она, – какой негодяй!
– Что случилось? – я все еще не понимаю.
