— советник командира бригады, эти обязанности исполнял подполковник Тарасов Николай Петрович;
— советник начальника политотдела бригады подполковник Ковтун Николай Герасимович;
— советник начальника штаба бригады подполковник Тарасов Николай Петрович;
— советник начальника тыла бригады майор (в июне 1984 г. присвоено воинское звание подполковник) Богацкий Евгений;
— советник начальника артиллерии бригады майор (в июне 1984 г. присвоено воинское звание подполковник) Прокопюк Иван;
— советники командиров десантно-штурмовых батальонов:
— подполковник Дробышев Игорь Тимофеевич (переведен с 1 МПБР);
— подполковник Златкин Игорь Юрьевич (переведен с 1 МПБР);
— майор Бойко Станислав;
— специалист по десантированию и рукопашному бою капитан Зимарев Эдуард;
— техник бригады прапорщик Иванов Николай;
— переводчик Фролов Анатолий Павлович;
— переводчик Бабаян Артур.
Коллектив был большой, тем более, что мы жили вместе с коллективом советников и специалистов 6 ВО. Жить стало веселей, все-таки Менонго не Лонга. Письма и газеты доставлялись более оперативно, а это очень важно было всегда для нашего морального духа, каждый день мы смотрели кинофильмы.
Правда, в отличии от нашей жизни в Лонга, где был только мужской коллектив, жизнь в Менонго, где многие советники и специалисты жили с семьями, протекала с периодически возникающими бытовыми конфликтами и не всегда мужчины были на высоте.
Здесь уместно привести слова Василия Ливанова, высказанные в повести «Богатство военного атташе»: «За границей двум русским людям для откровенного разговора лучше встречаться подальше от соотечественников. У нас в военной миссии, да и в посольстве, все наушничают, доносят, подсиживают друг друга. Трудно постичь, отчего мы, русские, за границей один другого едим поедом? Все наши хорошие черты напоказ иностранцам, а все гадости — между собой.
Поваришься в этом бульоне и сам становишься ни то, ни се. Послужите здесь с мое, сами убедитесь. Старайтесь, голубчик, любовь к Отечеству незапятнаной вынести из этой грязи».
Эти слова В. Ливанов написал в июле 1909 г., но они справедливы и в наше время. Мне, как политработнику, приходилось почти ежедневно разбираться во взаимоотношениях между людьми.
Первое знакомство с бригадой меня также обнадеживало. Подсоветные относились ко мне и моим советам с пониманием, тем более, что я уже имел опыт организации политической работы в боевых условиях с 1 МПБР.
Тем не менее, офицеры полиотдела здесь были подготовлены слабее, чем полиотдельцы 1 МПБР и пришлось начинать все сначала.
Офицеры политотдела по моему совету стали ежедневно работать в подразделениях и радовались первым успехам. Работа оживилась и я рад, что внес новое в жизнь этих хороших, но, в тоже время, несчастных и бедных людей.
Следует отметить, что командование 13 ДШБР — командир бригады капитан Кушишима, первый заместитель командира бригады капитан Даниэль (мы называли его Дима), начальник штаба бригады капитан Сурейра, прошли подготовку при Рязанском высшем командном десантном училище и хорошо говорили на русском языке. Правда, начальник политотдела — лейтенант Жуао, такой подготовки не проходил и по русски не говорил, но я уже к тому времени мог свободно общаться на португальском языке.
Бытовых проблем было много и я старался их решать. Так, например, работая в ДШБ, я обнаружил, что личный состав спит прямо на земле, на цементе и без подстилок, матрасов и одеял. Только через округ, с помощью А. Вольского и Т. Двали, удалось решить эти проблемы. Командование бригады благодарило меня и стало прислушиваться к моим рекомендациям.
19 мая советник командующего 6 ВО полковник Вольский А.В. поздравил меня с награждением 1 МПБР Переходящим Знаменем ЦК МПЛА и Переходящим Знаменем ЦК ЖМПЛА по результатам боевой операции против УНИТА. В этом есть и моя заслуга. Гордится было чем:
