Ангуттара Никая полностью

Ведь очень близко он находится к ниббане».

[Благословенный сказал]: «Монахи, про монаха, который рассеял личностные истины, всецело оставил поиски, и успокоил телесные формации, говорится, что он отступил.

(1) И как монах рассеял личностные истины? Вот, любые заурядные личностные истины, которых придерживаются заурядные жрецы и отшельники — как то:

* «Мир вечен» или «Мир не вечен»,

* «Мир ограничен» или «Мир безграничен»,

* «Душа и тело — это одно и то же» или «Душа это одно, а тело — иное»,

* «Татхагата существует после смерти»,

* «Татхагата не существует после смерти»,

* «Татхагата и существует, и не существует после смерти»,

* «Татхагата ни существует, ни не существует после смерти»,

— монах оставил и рассеял их все, отказался от них, отверг их, отпустил их, отбросил и избавился от них. Вот как монах рассеял личностные истины.

(2) И как монах всецело оставил поиски? Вот монах отбросил поиски чувственных удовольствий, поиски существования, и ослабил поиски святой жизни. Вот как монах всецело оставил поиски.

(3) И как монах успокоил телесные формации? Вот, с оставлением удовольствия и боли — как и с предшествующим угасанием радости и недовольства — монах входит и пребывает в четвёртой джхане: [он пребывает] в чистейшей осознанности, [очищенной] невозмутимостью, в ни-удовольствии-ни-боли. Вот как монах успокоил телесные формации^{264}.

(4) И как монах отступил? Вот монах отбросил самомнение «я», срезал его под корень, сделал подобным обрубку пальмы так, что оно более не возникнет в будущем. Вот как монах отступил.

Монахи, про монаха, который рассеял личностные истины, всецело оставил поиски, и успокоил телесные формации, говорится, что он отступил». [И далее он добавил]:

«Есть поиск чувственных услад,

Как есть существования поиск,

Жизни духовной поиск есть.

Хватание есть «Вот — истина»,

Воззрения есть как опухоль.

Тот, отлучён от страсти кто,

Освобождён в уничтожении жажды,

Такие поиски оставил,

Ну а воззрения искоренил.

Этот монах, осознанный, спокойный,

Тот, просветлён кто и непобеждён,

Сквозь самомнение сумев пробиться,

Зовётся тем, кто отступил».

И тогда брахман Удджая отправился к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал Благословенному:

«Восхваляет ли Мастер Готама жертвоприношения?»

«Я не восхваляю всяких жертвоприношений, брахман, но и не так оно, что я отказываюсь восхвалять всякие жертвоприношения.

(1) Я не восхваляю жестоких жертвоприношений, когда убивается крупный рогатый скот, козы, бараны, куры и свиньи, когда других существ ведут на убой. (2) И почему? Потому что араханты и те, кто вступили на путь к арахантству, не сопутствуют жестокому жертвоприношению. (3) Но я восхваляю ненасильственное жертвоприношение, когда не убивается крупный рогатый скот, козы, бараны, куры и свиньи, когда других существ не ведут на убой. То есть, частое совершение даяний, жертвования, совершаемые по семейной традиции. (4) И почему? Потому что араханты и те, кто вступили на путь к арахантству, сопутствуют ненасильственному жертвоприношению». [И далее он добавил]:

«Есть жертва лошадьми, людьми есть жертва также,

Саммапаса, ваджапеййя, а также нираггала:

Жестокостью исполненные жертвования эти,

Едва ли принесут они кому большое благо.

И мудрецы великие, что праведно ведут себя,

Сопутствовать такому подношению не станут,

Где козы, овцы и иной рогатый скот

Самых различных видов попадают вдруг под нож.

Но если подношение насилия лишено,

Что по семейному обычаю свершается всегда,

Где нет ни коз, и ни овец, и ни рогатого скота

Самых различных видов, попадают что под нож:

То мудрецы великие, что праведно ведут себя,

Сопутствовать такому подношению могли б.

Вот мудрый человек что должен подносить:

То жертвование, что великий плод ему даёт.

Ведь для того, кто подношение это совершит –

Будет ему во благо и вреда не принесёт.

Такое подношение значительно весьма,

И небожители довольны тоже будут им».

И тогда брахман Удайи отправился к Благословенному и обменялся с ним вежливыми приветствиями. После обмена вежливыми приветствиями и любезностями он сел рядом и сказал Благословенному:

«Восхваляет ли Мастер Готама жертвоприношения?»

«Я не восхваляю всяких жертвоприношений, брахман, но и не так оно, что я отказываюсь восхвалять всякие жертвоприношения.