– Помните, под Новый год я сломал ногу и долго ходил в гипсе? Потом мне пришлось заново учиться ходить на правой ноге. И это, поверьте мне, очень нелегко – когда ты уже умеешь что-то делать, когда ты прочно овладел каким-то навыком, а потом он вдруг пропадает и тебе приходится учиться этому заново.
Дети и родители переглядывались. Никто не понимал, к чему клонит мистер Л.
– Может, кто-то еще сломал ногу? – шепнула мне на ухо Райли.
– В этом году одному из учеников вашего класса пришлось сложнее, чем остальным: ей пришлось заново учиться разговаривать, читать и писать. Потому что, когда она пришла к нам в школу, она не знала английского языка.
Я затаила дыхание.
Мистер Л. зашуршал оберточной бумагой и вынул из нее небольшую металлическую статуэтку в форме кометы, летящей посреди звезд.
– And this year, the Golden Comet goes to… В этом году Золотая комета достается… – Он сделал драматическую паузу, прямо как на церемонии вручения Оскаров. – To Anya! Анье!
Все захлопали.
Я поднялась с ковра и несмело подошла к мистеру Л. Я все еще не могла в это поверить. Всего лишь пару минут назад моя жизнь шла наперекосяк – да какое там наперекосяк, практически под откос – а потом раз! и все вдруг стало хорошо, даже замечательно.
– Cheese! Улыбочку! – Мисс Джонсон сфотографировала меня со статуэткой в руке рядом с мистером Л., и я почувствовала себя героиней светской хроники из Бабушкиных журналов. Все зааплодировали еще громче.
Вдруг раздался странный звук. Как будто кто-то то ли поперхнулся, то ли закашлялся. Затем еще раз, еще отрывистей и громче. Потом еще и еще, пока кашель не перешел во всхлипывание, в стон, а потом в плач: «Ой, моя девочка! Ой, моя хорошая!»
Конечно же, это была Бабушка.
Выпускная церемония – одна из самых важных традиций в мамином с папой университете. Выпускники облачаются в светло-голубые мантии и квадратные шапочки с кисточкой, а потом бросают эти шапочки в воздух в знак того, что они закончили студенческую жизнь.
А в нашей семье в этот день было целых два выпускника! Мамина и папина учеба длилась год, и поэтому они оба уже оканчивали университет.
С самого утра студенческий городок утопал в голубом: тысячи студентов разгуливали в своих мантиях, рядом с ними шли их гордые родители в праздничной одежде. А рядом с некоторыми – еще и очень гордая девочка в новом розовом платье!
День выдался такой жаркий, что повсюду стояли палатки, в которых можно было укрыться от солнца и попить воды.
Церемония началась с того, что двери главного университетского здания распахнулись и из них вышла торжественная процессия – профессора, ученые и руководители факультетов. Последний из них, одетый в яркую красную с белым мантию, нес университетский жезл.
У подножия статуи Альма-матер разместили небольшую сцену. Перед ней на трибунах сидели тысячи студентов, и издалека они были похожи на голубое море.
В руках они держали символы своих факультетов. Студенты-дипломаты махали флагами разных стран, стоматологи – гигантскими зубными щетками, журналисты – газетами, выпускники школы бизнеса – большими долларовыми купюрами, художественный факультет – бубнами, инженеры – надувными молотками, педагогический факультет – красными яблоками как символом знаний.
Один за другим на сцену выходили деканы, то есть руководители разных факультетов. Каждый из них вручал президенту университета свиток с именами своих студентов. А потом торжественно просил президента, чтобы тот наградил его студентов дипломами – вместе с правами и ответственностью, которые к этим дипломам прилагаются.
Президент, пожилой седой мужчина в очках, принимал эти свитки и под аплодисменты торжественно клал их в корзину.
В этот раз Бабушка накапала себе валокордина с самого утра, но все равно не обошлось без слез.
Еще до того, как декан папиного факультета взошла на трибуну в лиловой мантии и черном берете с золотой кисточкой, еще до того, как вслед за ней поднялись со своих мест студенты, и среди них папа, и замахали красными надувными молотками, Бабушка уже всхлипывала.
А уж когда дядя Боря стал переводить ей речь декана, она зарыдала в три ручья.
– Перед вами стоят невероятно умные, талантливые и одаренные студенты инженерного факультета, – говорила декан с огромного телевизионного экрана, по которому транслировалась церемония, и золотая кисточка на ее берете слегка покачивалась. – Эти прекрасные молодые люди, математики, инженеры и программисты, сделают нашу жизнь лучше. Они изменят мир!
– Что, она прямо так и сказала? Изменят мир? – ахнула Бабушка.
Дядя Боря кивнул.
Декан сошла с кафедры, ректор университета торжественно положил свиток с именами выпускников инженерного факультета в корзину, а Бабушка уткнулась в Дедушкину грудь.
– Помнишь, как ты укачивал его в кроватке, – всхлипывала она, и на Дедушкиной рубашке, которую Бабушка только что так тщательно выгладила, расплывалось мокрое пятно. – А теперь посмотри на него.