Тут располагался также спортивный клуб с двумя теннисными кортами и бассейном, ресторан и небольшой супермаркет. Тут жила большая часть её одноклассников.
Теперь, после грабежей и пожаров, от изящных домиков в средиземноморском стиле остались только бетонные столбы, кучи черепицы, извёстки и ржавые калитки. У непострадавших от огня домов были расколоты двери, выбиты окна и стены все в надписях. Улицы покрылись осколками стёкол. Асфальтовое покрытие площади Венти расплавилось и застыло, образуя горбы и пузыри, но качели, горка и большая вывеска ресторана "Вкус Афродиты" с фиолетовым омаром уцелели.
Девочка быстро пересекла деревню. Здесь ей не нравилось. Мама говорила, что тут живут богатые придурки, которые загрязняют землю своими отходами. Она даже написала на них в газету. Теперь придурков больше не было, но их призраки следили за ней из окон и шептали:
– Вот, смотрите! Её мать обзывала нас богатыми придурками.
Миновав дома, он зашла на узкую улочку, которая следовала вдоль русла сухого ручья, извиваясь у подножия круглых, бесплодных холмов, утыканных, как подушечка для булавок булавками, виноградниками. На краю проезжей части компактно росли камыши, вздымающие перьями к голубому небу.
Через 100 метров девочка погрузилась в прохладную тень дубового леса. Анна считала этот лес волшебным, огонь не смог одолеть его – подобрался к самому краю леса, попробовал его на вкус и отступил. Среди густых стволов солнце заливало золотыми пятнами плющ и шиповник, окутывающие полуразрушенный забор. За воротами тропинка тонула в кустах самшита, которые никто больше не обрезал.
На бетонном столбе висела вывеска с едва различимой надписью: "Шелковичная ферма".
Анна Салеми родилась в Палермо 12 марта 2007 года в семье Марии-Грации Дзанкетта и Франко Салеми.
Они познакомились летом 2005 года. Ему был 21 год, он работал водителем в "Elite Car" – частном таксопарке отца. Ей было 23 года, она изучала классическую литературу в Университете Палермо.
Они приметили друг друга ещё на пароме до Эолийских островов и во время переправы искали друг друга взглядом в толпе туристов на палубе. Сойдя на берег в Липари, каждый пошёл со своей экскурсионной группой.
На следующий день они оказались на пляже Паписки.
Друзья Марии-Грации курили травку, читали книги и болтали о политике.
Друзья Франко, все мужчины, играли в мяч и бадминтон у моря и показывали мышцы, накачанные в тренажёрных залах зимой.
Франко действовал довольно неуклюже. Он делал вид, что по ошибке забрасывает мяч всё ближе и ближе к той красивой девушке, которая загорала обнажённой.
Мария-Грация наконец сказала ему:
– Да убери ты свой мяч. Хочешь со мной познакомиться – иди сюда и представься.
Он пригласил её на пиццу. Она, под градусом, затолкала его в туалет пиццерии, где они занялись любовью.
– Знаю-знаю, мы очень разные. Но противоположности притягиваются, – призналась Мария-Грация подруге, поражённой тем, что ей приглянулся такой быдлан.
Вернувшись в Палермо, они продолжали встречаться, и на следующий год девушка забеременела.
Франко жил с родителями. Мария-Грация делила комнату в студенческой общаге, а по вечерам подрабатывала в баре на площади Сант-Олива.
Семья Дзанкетта была из Бассано-дель-Граппа в Северной Италии, отец руководил небольшой компанией по производству оборудования Hi-Fi, мать преподавала в начальной школе. Дочери понравились жара, море, Сицилия и её жители. Окончив среднюю школу, она решил переехать на остров вопреки воле родителей.
Мария-Грация даже не рассматривала аборт. Она объяснила Франко, что он сам может выбрать: признать ребенка, или же она станет матерью-одиночкой – она согласится в любом случае.
Франко, как ответственный мужчина, попросил её руки.
Шесть месяцев спустя в городке Кастелламмаре, родном для семьи Салеми, состоялась свадьба. Супруги Дзанкетта считали, что их дочь заслуживает лучшего, чем какой-то таксист, и не явились.
Медового месяца не было. Пара переехала в центр Палермо, в квартиру на третьем этаже старого здания рядом с театром "Политеама".
Вскоре у Салеми-старшего открылись проблемы с сердцем. Он отошёл от дел, оставив управление таксопарком сыну.
Два месяца спустя в надувном бассейне с тёплой водой появилась Анна – маленькая девочка, темноволосая, как папа, но лицом похожая на маму.
– Я родила Анну, потому что хотела пройти через боль. Ведь сейчас женщины могут спокойно рожать и у себя дома, – говорила Мария-Грация тем, кто спрашивал её о таком странном выборе.
Семья Салеми не переваривала невестку. Её называли "чокнутой". Она рожает, как обезьяна, курит травку – как её ещё называть?
В течение следующих двух лет Мария-Грация, помимо ухода за маленькой дочкой, окончила университет и стала преподавать итальянский язык и латынь в средней школе. Франко тем временем обновил таксопарк, прикупив ещё автомобилей и наняв водителей.